Управление общественными отношениями. Алехин Э.В. - 109 стр.

прекрасно известно отношение народа к существовавшему порядку. Поэтому лозунги, под
которыми они пришли к власти и проводили первые государственные преобразования, были
вовсе не спонтанными и теоретическими, а тщательно продуманными и отражали реальные
чаяния общества. По крайней мере той его части, на поддержку которой ориентировались
новые руководители государства.
      Придя к власти и получив в свое распоряжение «административный ресурс»,
большевики использовали его по максимуму. При этом информационную политику
Советского государства (с 1922 г. — СССР) можно охарактеризовать как пропагандистскую, т. е.
сравнительно    одностороннюю.      Объективности     ради      отметим,      что   подобная
коммуникационная модель была традиционной для России и большевикам не
понадобилось ничего «ломать» или «создавать заново». Скорее они просто отменили так и не
успевшие прижиться в России либеральные ценности относительно свободы слова, печати и
прочего и стали использовать традиционные средства и стиль коммуникации для
продвижения новой идеологии. Вместе с тем социальная коммуникация «по-советски» имела
ряд особенностей, на которых остановимся немного подробнее.
      К таковым прежде всего следует отнести, достаточно вольное обращение с фактами и их
подгонку под свои интересы [3]. Представители советской власти были достаточно
разумными людьми и прекрасно осознавали справедливость поговорки: «Запретный плод
сладок». Поэтому, всячески стараясь изолировать население от «вражеской пропаганды»,
советские идеологи сами не абстрагировались от нее, а нередко использовали негативную
информацию в своих целях. Так, например, во время Кронштадтского мятежа 1921 г. советская
пресса цитировала сообщения эмигрантских и иностранных газет об этом событии — в
трактовке отечественной печати их наличие служило еще одним доказательством связи
мятежников с белой эмиграцией и зарубежной «контрреволюцией».
      Распространенным     инструментом     формирования      имиджа   было     «навешивание
ярлыков». На раннем этапе советского периода было достаточно объявить человека буржуем,
эксплуататором, заподозрить в аристократическом происхождении, чтобы уволить его с
работы, выдворить из страны и даже приговорить к расстрелу. Наиболее характерным при-
мером из истории этого периода стала эволюция слов «белый», «белогвардеец»: в начале XX в.
этими понятиями обозначались боевые дружины Союза русского народа и студентов-
монархистов, а большевистская печать применила их к противникам советской власти. Причем
эти новые значения продвигались так массированно и настойчиво, что уже с 1921 г. даже
эмигрантские газеты приняли их. В дальнейшем подобными ярлыками становились понятия
«троцкист», «зиновьевец», «оппортунист», «диссидент»... Для расправы с неугодными
деятелями (включая высший командный состав армии или партийное руководство)
                                                                                        109