Составители:
Рубрика:
себя. Этот мотив акцентируется автором, но
неожидан он и читателя. Ко времени появления
«Обыкновенной истории» читатель был уже знаком
с героями, которых страсти вынуждали нарушать
нравственные нормы, даже совершать убийства. И
такой герой, скажем, Алеко, не лишался права на
читательское сочувствие. Но чтоб герой под
влиянием физического влечения мог
воспользоваться неопытностью влюбленной в него
девушки — это превышало меру. По замечанию
Белинского, «последняя его любовная история
гадка» (VIII, 394). Комическое разрешение
ситуации не должно помешать увидеть: Гончаров
обозначил, что без такого проявления
чувственности портрет «обыкновенного» молодого
человека был бы неполон.
* * *
Существенный этап в эволюции человека —
переход от понимания своего «я» как автономной,
обособленной величины к осознанию своей связи с
миром, с людьми. Традиционная для литературы
1820—1830-х годов тема «поэт и толпа»
представлена Гончаровым очень широко: как тема
«личность и масса», «личность и человечество».
Критикой не раз отмечалось, что в высказываниях
Александра о поэте и толпе много от «вчерашнего»
романтизма. Да, это так. В суждениях Александра,
например, можно найти совпадения с суждениями
Н. Полевого, который категорически заявлял о
непреодолимой преграде, которая разделяет
художника, творческую личность и толпу.
83
Но
художественная установка романиста не сводится к
высмеиванию этих романтических крайностей.
Александр Адуев не может обрести гармонии
в отношениях с миром, потому что не знает, как
разрешить противоречие между претендующей на
абсолютную свободу личностью и противостоящей
ей толпой. Эта проблема все время находится в
поле зрения спорящих — дяди и племянника. Оба
героя резко противопоставляют две сферы жизни:
83
Полевой Н. А., Полевой Кс. А. Литературная
критика. Статьи и рецензии. 1825—1842. Л., 1990. С. 136—
194.
Страницы
- « первая
- ‹ предыдущая
- …
- 116
- 117
- 118
- 119
- 120
- …
- следующая ›
- последняя »
