История Дальнего Востока России. Ковалева З.А - 71 стр.

маньчжуров перед лицом серьезной угрозы в этом обширном крае и могло повлиять на
положение Цинской династии во всем Китае. Во избежание этого Цины начали готовиться
к большой войне против русских и, имея определенный опыт взаимодействия с ними, не
надеялись на легкую победу.
        Важным компонентом этой подготовки была дипломатическая предпосылка
агрессии. По крайней мере, цинское правительство создало целую серию исторических
документов, согласно которым земли Приамурья, более 40 лет принадлежавшие России,
объявлялись “захваченными”, “воровским образом занятые” и т.п. Словом,
формировалось общественное мнение об отторжении этих земель Россией от Цинской
империи.
        Россия не раз пыталась установить добрососедские отношения с Китаем. Но ни
миссия Ф. Байкова (1654–1658 гг.), ни миссия И. Перфильева и С Аблина (1658-1662
гг.) не увенчались успехом. Дипломатическая миссия Байкова предполагала установление
дипломатических и торговых отношений с Китаем и попутное изучение обстановки в
стране. Байкова встретили в Китае недружелюбно из-за недавнего столкновения русских
купцов с маньчжурами на Амуре в сентябре 1656 г. Ему было предложено покинуть
Пекин.
        Чуть больше везения пришлось на долю следующего посольства И.Перфильева и
С. Аблина. К императорскому двору их не допустили, но торговля в Китае была
разрешена. После этого постепенно стала выстраиваться система взаимоотношений с
цинским правительством на региональном уровне через установление контактов с
нерчинским воеводой. Новый император Канси (с 1662 г.) предлагал установить мир в
пограничных областях, чтобы “жить в миру и радосте”. Мирная направленность внешней
политики Канси оставалась на словах. На деле шли приготовления к военным действиям.
        Первые шаги к урегулированию отношений. Для урегулирования положения на
Амуре и нормализации русско-китайских отношений в феврале 1675 г. в Китай было
направлено новое посольство во главе с Н. Спафарием. Переговоры затянулись на
несколько месяцев. На все миролюбивые предложения цинское правительство отвечало
отказом, а вскоре и вовсе перешло к враждебным действиям. После второй осады
Албазина обеим сторонам было понятно, что требовалось срочное дипломатическое
разрешение конфликта. Переговоры решено было проводить по взаимной договоренности
в Забайкалье в городе Нерчинске. Проходили они на фоне продолжавшейся агрессии
маньчжуро-цинской стороны на Амуре, оправдываемой интересами “защиты” малых
народностей.
        Наше посольство представляли окольничий Федор Алексеевич Головин,
нерчинский воевода Иван Астафьевич Власов и дьяк Семен Корницкий.
        В инструкции Посольского приказа Головину содержались рекомендации о том,
что граница должна пройти по реке Амур, в случае же непреклонной позиции Цинов по
этому вопросу войны с ними не допускать и, идя на уступки, соглашаться на проведение
границы в районе Албазина. Что касалось остальной территории, то ее можно было
рассматривать в качестве нейтральной для промыслов и торговли с той и другой стороны.
Учитывая важность предстоящего мероприятия и напряженность в отношениях двух
держав, Головина сопровождал отряд стрельцов численностью 1400 чел. Русское
правительство, таким образом, рассчитывало путем переговоров достигнуть мира на
Дальнем Востоке и договорным путем закрепить позиции России в Приамурье.
        Цинский двор стремился достигнуть мира с Россией за счет ее уступок в возврате
аннексированных и никогда не принадлежавших ему русских владений в Приамурье.
Цинский император Канси в этой связи заявлял: “Эти амурские места являются важным
стратегическим пунктом. Если мы не присоединим к себе эти местности, то пограничное
население никогда не обретет спокойствие. Я считаю, что Нерчинск и Албазин, верхнее и
нижнее течение Амура а также каждая речка и ручеек, впадающие в него, – все


                                                                                   71