Составители:
Рубрика:
Гончаровский рационалист сам обозначает
границы, которые предписаны обыкновенным людям.
В этом ясном осознании своих возможностей
проявляется своеобразное человеческое достоинство
Штольца.
И еще об одном отличии Штольца от великих
литературных бунтарей. Байроновский Манфред
отказывается признать, что какая-то внешняя сила
может вершить его судьбу.
Сгубив себя, я сам и покараю
Себя за грех, —
заявляет он одному из духов тьмы, пытающемуся
повелевать им.
96
Штольц же, наоборот, с суеверным
чувством предупреждает Ольгу о ревнивой судьбе:
«Она не любит, когда не ценят ее даров» (359). Также
Татьяна Марковна будет предупреждать Райского о
коварстве судьбы.
Пример Штольца — так можно понять мысль
Гончарова — должен дать достойные принципы и
ориентиры для жизни обыкновенного человека. Хотя,
как следует из сюжета романа, эта система
принципов и ориентиров не адекватна всей полноте
жизни, т. е. не может охватить, «покрыть» собою все
ее многообразие и сложность.
Вера в силу разума и в то же время понимание
своей ограниченной человеческой возможности
познания, признание власти судьбы, внешних, не
зависящих от человека сил и умение найти в трудную
минуту опору в самой жизни — все эти особенности
Штольца позволяют говорить о его своеобразном
стоицизме.
* * *
Вновь и вновь два героя, два типа сознания
показываются в романе и как контрастные,
противоположные, и как сходные, близкие. Так, и
сознание «поэтическое», находящееся во власти
воображения, «парящее» над эмпирикой, и сознание,
подчиняющееся лишь рассудку, конкретному опыту,
96
Там же. С. 57.
Страницы
- « первая
- ‹ предыдущая
- …
- 260
- 261
- 262
- 263
- 264
- …
- следующая ›
- последняя »
