Составители:
Рубрика:
Ведь эпоха ренессанса — изящная копия античности. Итальянцы возрождают идеалы и
ценности Древней Греции, а не Римской империи, более близкой им по крови.
Возврат к общечеловеческим ценностям произойдет в истории еще раз — во второй
половине XX века, в эпоху экономического процветания, демократических свобод и
политической терпимости.
Жизнь Никколо Макиавелли пришлась на переломный период
— рубеж XV—XVI веков:
закончился че-тырехсотлетний этап поступательного развития Италии, глубокий кризис
охватил механизмы власти и социально-экономическую структуру общества, мануфактурный
капитала результате постепенного спада производства уступает конкурентные позиции
капиталу ростовщическому. На заре новой, капиталистической эры главную роль в
экономической и политической драме играет торговая буржуазия. Политическая философия
Макиавелли как проекция
эпохи полна антиномий, противоречий, неожиданных решений.
Страсть к приобретеним и страх потерять
Макиавелли учил правителя, стремящегося к успеху, согласовывать свои действия, во-
первых, с законами необходимости (судьбой), а во-вторых, с поведением подчиненных.
Сила на стороне лидера, когда он учитывает психологию людей, знает особенности их
образа мыслей, нравственных привычек, достоинства
и недостатки. Очевидно, что
действиями людей, наряду с другими ка-чествами, правит честолюбие. Но знать это еще
недостаточно. Надо выяснить, кто именно честолюбивее и потому опаснее для власть
придержащего: желающие сохранить то, что имеют, или стремящиеся приобрести то, чего у
них нет.
Состоятельными двигает страх потерять то, что они накопили.
Страх потери порождает в
них те же страсти, которыми одержимы стремящиеся к приобретению, считает Макиавелли.
Оба мотива власти, за которыми нередко прячется обыкновенная страсть к разрушению,
одинаково порочны. Бедные жаждут приобретения точно так же, как и богатые, которым
всегда кажется, что их обладание недостаточно обеспечено, если они не делают новых
приобретений
.
Богатые, имеющие в своем распоряжении рычаги власти, и бедные, стремящиеся завоевать
ее, в принципе ведут себя одинаково. Аморализм зависит не от социального происхождения,
он продиктован участием в борьбе за власть. «Сатанинский злодей» Цезарь Борджиа,
которого Макиавелли считал идеальным руководителем, ведет себя ничуть не хуже
«революционеров» из народа.
В «Истории
Флоренции» (1525) Макиавелли красочно рисует психологию и тактику тех, кто
рвется к власти, на примере предводителя знаменитого восстания чомпи — одного из
первых в Европе восстаний рабочих, случившегося во Флоренции в 1378 г.
Победителей не судят
Предводитель восставших, обращаясь к толпе, призывал «идти до конца», раз уж люди
взялись за оружие и учинили
массовые погромы. Если бы нам пришлось сейчас решать,
браться за оружие и опустошать дома граж-дан или нет, продолжает говорить вождь, то я
был бы первым, кто советовал не торопиться, предпочитая мирную нищету
братоубийственной войне. Но оружие поднято и теперь уже речь идет о том, как избежать
наказания за содеянное зло
и при этом добиться большей свободы. Что делать, если все —
население, власть — объединились против нас?
Страницы
- « первая
- ‹ предыдущая
- …
- 25
- 26
- 27
- 28
- 29
- …
- следующая ›
- последняя »
