Современные проблемы педагогической и юридической антропологии. Ронжина Н.В. - 73 стр.

государства"[46]. Когда С. Г. Келина упоминает о том, что после окончательной
отмены смертной казни в 1969 г. английским парламентом "восемнадцать раз
представлялись предложения о ее восстановлении", а "последняя парламентская
дискуссия имела место летом 1988 года" и Англия "все-таки осталась в числе
государств, отказавшихся от применения этой меры наказания"[44] — это
преподносится как достижение английской общественности. С. Г. Келина не
учитывает, что в Англии, несмотря на богатые правовые демократические
традиции, вопрос о применении смертной казни все-таки ставился всерьез, а что
говорить о нашем современном обществе, длительное время развивавшемся в
условиях диктатуры, где смертная казнь применялась прежде всего за
политические преступления, государство защищало государственную власть, в то
время как защита жизни, здоровья и прав личности оставалась на втором плане.
     В-третьих, отмена смертной казни связана во многом с решением вопроса о
ее замене пожизненным заключением, поскольку превенция этого наказания
практически столь же высока, как и высшей меры наказания, и почти полностью
исключает совершение повторного преступления особо опасным преступником.
Однако на вопрос о том, что лучше — смертная казнь или пожизненное тюремное
заключение, невозможно ответить утвердительно ни в одном случае. Это зависит
исключительно от личности подсудимого. В отечественной судебной практике
были случаи, когда приговоренные к длительным срокам заключения
преступники обращались с просьбой о замене приговора на высшую меру
наказания. Причины подобного обращения к правосудию не только в
неудовлетворительности условий содержания заключенных, приговоренных к
пожизненному заключению (они у нас напрочь отсутствуют), но, прежде всего, в
потере свободы на всю жизнь. По данным опроса института Геллапа,
проведенного в 1986 г. в США, когда опрашиваемым задавали вопрос, что они
предпочтут — смертную казнь или пожизненное заключение без какой-либо
возможности досрочного освобождения, то 55% выбрали смертную казнь, а 35%
— пожизненное тюремное заключение[50.С.47].
     Введение или отмена смертной казни не просто волевой акт со стороны
государства, но осознанная необходимость подобного акта с учетом правовой
культуры общества в целом и конкретно уровня криминогенной обстановки. Но и
в том и в другом случае законы необходимо исполнять. Вместе с тем неправовые
законы должны отменяться.
     Вступление России в Совет Европы, конечно, накладывает перед нашим
государством определенные обязательства по выполнению норм международного
права и, в частности, по отмене смертной казни в законодательстве РФ. Однако
это не должно происходить автоматически.




                                       73