Историография отечественной истории (IX - начало XX вв.). Сидоренко О.В. - 138 стр.

смешивая его с общиною...» Это признание государства «необходимым злом»,
«необходимой крайностью» весьма наглядно характеризует его восприятие Аксаковым в
контексте русской истории и лишний раз оттеняет систему приоритетов его историко-
социологической концепции.
       Антитеза «внутренней» и «внешней» правды, как «пути России» и «пути Запада» в
общественной жизни, появилась также в контексте «отталкивания» мыслителя от
гегельянства. Сама идея о том, что Запад избрал в своем развитии путь «Государства», что на
Западе государство — «принцип», цель, безусловно, является результатом влияния на
Аксакова гегелевского понимания исторического процесса как процесса развития
государственных форм. Естественно, что в качестве сугубо рационального, лишенного
нравственного основания института (а именно так понимал его Гегель), государство
воспринималось им, как безусловное зло. Общество, основанное на «внутренней» правде,
Аксаков мыслил именно в качестве противовеса этому злу.
       Естественным образом возникает вопрос: на что опирался в своих построениях
Аксаков? Лежали ли в основе его концепции какие-либо факты, или она являлась лишь
плодом его воображения? Безусловно, доктрина Аксакова строилась не на пустом месте. Она
опиралась и на осмысление социальных реалий России XIX в., и на исторические изыскания
славянофильского мыслителя. Аксаков первым из славянофилов взглянул на социальную
организацию Древней Руси с позиций историка-исследователя. И Киреевский, и Хомяков
раньше него обратили внимание на общину как на традиционный социальный институт,
игравший большую роль в общественной жизни Древней Руси, но именно Аксаков
подтвердил своими историческими изысканиями правомерность оценок своих старших
единомышленников. Поводом для их обнародования послужила полемика славянофилов с
С.М. Соловьевым по вопросу о «родовом быте» Древней Руси. В своей работе «О древнем
быте у славян вообще и у русских в особенности», опубликованной в «Московском
сборнике» (1852), и последующих статьях Аксаков, опираясь на целый ряд исторических
источников, убедительно опроверг «родовую теорию» Соловьева. «Мы привели достаточно
примеров, — писал он в своем исследовании «О древнем быте у славян...», —
доказывающих, что в Древней Руси было общественное, именно общинное устройство —
общинный быт. Здесь нет и места родовому быту». «Из исследований наших выводим
заключение — русская земля есть изначально наименее патриархальная, наиболее семейная
и наиболее общественная (именно общинная) земля». Исторические исследования Аксакова,
таким образом ясно показывают ту огромную роль, которую в Древней Руси играло
общинно-вечевое устройство, и тем самым доказывают правомерность рассмотрения
проблемы «земли», как одной из важнейших составляющих русского исторического
процесса.
       Необходимо отметить, что исторические изыскания Аксакова получили высокую
оценку многих видных представителей русской интеллигенции середины XIX в. Даже
некоторые западники, несмотря на свои «партийные» пристрастия, положительно отозвались
о его статье «О древнем быте у славян...». Т.Н. Грановский, например, признавал ее
«чрезвычайно дельною» и говорил, что в ее свете «...ошибки Соловьева и Кавелина
очевидны». И.С. Тургенев, прочитав вышеупомянутую статью Аксакова, писал ему 16
января 1853 г.: «Насколько я могу судить в этих вещах, согласен с вами на счет родового
быта. Мне всегда казался этот родовой быт — так как его представляет Соловьев и Кавелин,
— чем-то искусственным, систематическим, чем-то напоминавшим мне наши давно
прошедшие гимнастические упражнения на поприще философии... Я русскую историю знаю,
как только может знать ее человек, не изучавший источников; суждение мое о ней вытекает
более из сочувствия к тому, что теперь делается в русской жизни; стоит хорошенько
присмотреться к современному распорядку деревенскому, чтобы понять невозможность
Соловьевского родового быта».
       Правомерность выводов Аксакова признали во второй половине XIX в. и многие
русские ученые-историки, среди них Костомаров, Беляев, Щапов и ряд других. В настоящее

                                           138