Историография отечественной истории (IX - начало XX вв.). Сидоренко О.В. - 209 стр.

описываемых в них явлений, но всегда «принимать в расчет и то, как понимает эту связь и
этот смысл» конкретный автор. Ключевский изучал механизмы, которые долгое время
управляли мышлением ученых историков (изживание генетики летописного взгляда;
переход к новому уровню познания). Научную задачу историка он видел в уяснении
происхождения и развития человеческих обществ, в изучении генезиса и механизма
людского общежития. Летописец же искал в событиях нравственный смысл и практические
уроки для жизни, уделяя главное внимание исторической телеологии и житейской морали.
Мысль летописца обращалась к жизни человека, к конечным причинам «существующего и
бывающего». Историческая жизнь служила летописцу нравственно-религиозной школой.
       Путь к профессиональному мастерству Ключевский видел только один: через
научную добросовестность, умение поиска «следов» прошедших явлений и событий,
привлечение надежных источников, выработку действенной методики. Мастерство говорит
само за себя. Оно проявляется в красочности исторического полотна, образности
характеристик и определений; открывающейся в ходе исследования научной перспективе;
эффективном сочетании повествования и анализа. Ключевский в совершенстве владел
мастерством анализа сквозь призму повествования. В случае недостатка источников и
информации он умел анализировать историческое явление, изучая его следствия. Присущая
Ключевскому спасительная ирония хранила его от идеализации и панегириков. В целом же
Ключевский реалистично оценивал возможности историков: «Мы можем следить только за
господствующими движениями нашей истории, плыть, так сказать, ее фарватером, не
уклоняясь к береговым течениям».
       В совершенстве владея, как бы мы сейчас сказали, межпредметными связями, историк
использовал филологические средства, особенно, если речь шла о древней истории. Он
изучал лингвистический и топонимический смысл слов, считал, что «...язык запомнил много
старины, свеянной временем с людской памяти». Щедро рассеянные по всему курсу русской
истории слова и пословицы не были сведены историком в единый словарь. Видимо, он
полагал этот жанр уже освоенным В. Далем. Однако определения и разъяснения, данные
Ключевским, казалось бы, обыденным словам, известным пословицам и выражениям, обрели
под его пером свежий смысл и звучание, и при желании «Историко-лингвистический словарь
Ключевского» нетрудно составить.
       Ключевский черпал в историографии дополнительные средства для решения спорных
проблем. Так, например, рассмотрение «варяжского вопроса» позволило ему подвести
важный для своего времени историографический итог, хотя сам спор между норманнистами
и антинорманнистами он считал «ученой патологией», не имеющей никакого отношения к
науке.
       Концепция Соловьева оказала важное влияние на общие взгляды Ключевского о
русской истории. Она стала «точкой отправления и опоры для дальнейшего изучения
русского прошедшего». Но, как отмечали уже младшие современники, в схему Соловьева
Ключевский вложил «столько нового понимания и содержания, что в его интерпретации
знакомые построения и факты приобретали совершенно новый смысл и как бы
перерождались». С этими словами А.Е. Преснякова можно согласиться.
       Ключевский прошел в науке свой путь. Он пересмотрел историко-философскую
схему Соловьева, не высказывая прямых замечаний в адрес учителя. Только в статьях,
посвященных анализу творческого пути Соловьева (1876 и 1880 гг.), Ключевский осторожно
намекнул на односторонность методики источниковедческого анализа.
       Мысль Соловьева о колонизации, как важном факторе исторического развития, у
Ключевского получила углубленное толкование за счет рассмотрения таких ее аспектов как
экономический, этнологический и психологический. Начав историческую часть
опубликованного курса лекций разделом «Природа страны и история народа», он перешел к
определению значения почвенных и ботанических полос, а также тех влияний, которые
оказывали на историю «основные стихии pycской природы»: речная сеть, равнина, лес и
степь. Ключевский показал отношение к каждой из них русского народа, объясняя причины

                                         209