История и политика. Тагиров И.Р. - 137 стр.

национальной организацией, а не покоренными и обезличиваемыми группами
населения». Ссылаясь на И.С. Аксакова, он утверждал, что русский монарх,
оставаясь самодержцем для русских, может выступать в роли
конституционного монарха для поляков и финнов». В то же время, по нему,
мусульманские жители Кавказа, эстонцы, латыши и некоторые национальные
группы должны подвергнуться русификации».
    Наряду с этими лояльными в определенной мере подходами, имелись и
жестко народофобские настроения. Многие русские националисты считали,
что Россия должна быть для русских. В Киевском национальном клубе А.И.
Сикорский проповедовал слияние всех нерусских с русскими. Он, как он
говорил, то для того, чтобы стать наследником духовного капитала. А
«сделаться участником этого великого духовного капитала возможно для
постороннего индивидуума или народа только путем антропологического
объединения, так как природа не знает и не практикует ни подражания, ни
дарственных надписей, ни отчуждения душевных качеств». Были и
сторонники расовой теории. Так, некто Меньшиков считал важнейшим
успехом процветания нации расовую чистоту. По его словам, «если изучить
историю хотя бы одного рода на протяжении веков, но изучить биологически,
с исследованием кровей, то можно найти истинную причину возвышения
царств – чистоту расы и подлинную причину упадка их – смешение рас».
Другой публицист А.С. Шмаков утверждал, что «раса есть основной фактор в
социальных и государственных проблемах».
    Хотя имелись и несколько другие оттенки. Так, тот же Шарапов считал,
что «наш девиз – не Россия для русских, а святая Русь!, а святою мы имеем
право называть ее только потому, что ее основная идея – осуществление по
мере сил, любви и Божьей на земле, смиренное и бескорыстное служение
всему человечеству, защита угнетенных и слабых, словом посильное
осуществление христианской политики». Он полагал, что необходимо
«искренне признание за каждым народом, за каждым племенем его
собственной души, столь же дорогой и неприкосновенной, как душа
отдельного человека». Примерно таких же позиций придерживался член
Государственного совета Д.А. Олсуфьев. Он доказывал, что «русское
государство должно быть пестро» и «принцип разнообразия», сохранение
специфических национальных черт у народов, объединенных в империю,
следует сделать неизменным основанием российской имперской политики».
Выступая против тех, кто добивался превращения Финляндии в обычную
Калужскую губернию, писал: в Финляндии население культурное, хорошие



                                                                      137