Поговорим по-русски. Краснопевцев В.П. - 138 стр.

UptoLike

Составители: 

Рубрика: 

138
ное измерение так называемой фикции!
В лексиконе русского человека немало и иных
вариантов такой измерительности:ровно ничего”,
ровным счетом ничего,совсем ничего,всего
ничего. В эту же потешную компанию настоятель-
но просится, конечно же, и забавное гоголевское
сушее ничего”.
Возможность взвешивания понятия на вообра-
жаемых весах отчетливо сквозит и в бессмысленном
для иностранца, но очень широко распространенном
в нашей разговорной речи словосочетанииничего
себе!. К привычным странностям самого словани-
чегоздесь добавляется и другой алогизм: а поче-
му, собственно,себе, а не, к примеру,ему”,
тебе,вам,им?..
Ничего себе!говорится обыкновенно в том
случае, когда чего-либо (количества, качества, дей-
ствия, состояния) много, даже очень много. А если,
наоборот, слишком мало? Тогда русский человек
вправе выразиться или описательно:почти (что)
ничего, - или, еще доходчивее, с использованием
суффикса уменьшительности:ничегошеньки. Ста-
ло быть, чего-то вовсе нет, не оказывается в нали-
чии, нетути
Разумеется, какничего себе! превосходит
количественно обыкновенноеничего, точно так
женичегошенькирегистрирует минимальную сте-
пень последнего. Вот вам и кажущаяся фикция, круг-
лый нуль, бездонная пустота!
Еще один сюрприз подарил Александр Солже-
ницын читателям своей повестиРаковый корпус”.
Один из горемык, насельников палаты ракового
корпуса, по прозванию Ефрем Поддуев спрашива-
ет новобранца больницы Павла Николаевича Русанова,
а тот несколько свысока и не без самодовольства ответ-
PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com
                                                           138
         ное измерение так называемой фикции!
               В лексиконе русского человека немало и иных
         вариантов такой измерительности: “ровно ничего”,
         “ровным счетом ничего”, “совсем ничего”, “всего
         ничего”. В эту же потешную компанию настоятель-
         но просится, конечно же, и забавное гоголевское
         “сушее ничего”.
               Возможность взвешивания понятия на вообра-
         жаемых весах отчетливо сквозит и в бессмысленном
         для иностранца, но очень широко распространенном
         в нашей разговорной речи словосочетании “ничего
         себе!”. К привычным странностям самого слова “ни-
         чего” здесь добавляется и другой алогизм: а поче-
         му, собственно, “себе”, а не, к примеру, “ему”,
         “тебе”, “вам”, “им”?..
               “Ничего себе!” говорится обыкновенно в том
         случае, когда чего-либо (количества, качества, дей-
         ствия, состояния) много, даже очень много. А если,
         наоборот, слишком мало? Тогда русский человек
         вправе выразиться или описательно: “почти (что)
         ничего”, - или, еще доходчивее, с использованием
         суффикса уменьшительности: “ничегошеньки”. Ста-
         ло быть, чего-то вовсе нет, не оказывается в нали-
         чии, нетути…
               Разумеется, как “ничего себе!” превосходит
         количественно обыкновенное “ничего”, точно так
         же “ничегошеньки” регистрирует минимальную сте-
         пень последнего. Вот вам и кажущаяся фикция, круг-
         лый нуль, бездонная пустота!
               Еще один сюрприз подарил Александр Солже-
         ницын читателям своей повести “Раковый корпус”.
         Один из горемык, насельников палаты ракового
         корпуса, по прозванию Ефрем Поддуев спрашива-
         ет новобранца больницы Павла Николаевича Русанова,
         а тот несколько свысока и не без самодовольства ответ-




PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com