Поговорим по-русски. Краснопевцев В.П. - 206 стр.

                                                            206
         (так в науке о языке именуются всякие вообще словес-
         ные повторы) можно без особого труда отыскать в про-
         изведениях отечественной литературы различных авто-
         ров и во всевозможных жанрах.
               У того же Александра Блока: “И странным
         сияньем сияют черты”. Возвращаясь к хронологи-
         ческому порядку – у А.С.Пушкина:
                   Воспоминание безмолвно предо мной
               Свой длинный развивает свиток.
               У М.Ю.Лермонтова: “Как по вольной волюш-
         ке”, “в разных разностях”.
               У Н.В.Гоголя: “На безлюдье безлюдном”,
         “бойкость в деловых делах”.
               В письмах А.П.Чехова: “Самого эффектного
         эффекта”, “Пьеса уже окончена, окончательно окон-
         чена”.
               У Константина Бальмонта: “Внутренним све-
         том светиться”, “Просроченные сроки”.
               У Владимира Маяковского: “Через самую
         высочайшую высь”.
               У Бориса Слуцкого: “Над нами властвовала
         власть”, “Нету дела до вашего дела-то мне”, “Я не
         обязательно обязан”…
               Особый тип тавтологии представляют собой
         некоторые распространенные в нашей речи словос-
         ложения: “вековечный”, “пустопорожний”, “зло-
         вредный”. Отталкиваясь от них, Игорь Григорьев
         использовал в поэме “Красуха” собственные ново-
         изобретения: “разновсякою молвой” и “пустозряш-
         ная прыть”.
               Интересны старинные словосложения этого пла-
         на: “плачвопльствие” (плач) и “татекрадьственный” (кра-
         деный; при “тативный” – вороватый).
               На чем же основывается выдающаяся привле-
         кательность внешне очень и очень (вновь нечаянная




PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com