Основы философии науки: Книга для чтения по программе кандидатского минимума "История и философия науки". Мартынович С.Ф - 214 стр.

UptoLike

Составители: 

Рубрика: 

214
А современная психологическая экспериментальная деятельность быстро
умножает явления, с которыми такая теория едва ли может справиться.
Эксперименты с уткой и кроликом показывают, что два человека при одном и
том же изображении на сетчатке глаза могут видеть различные вещи; линзы,
переворачивающие изображение, свидетельствуют, что два человека при
различном изображении на сетчатке глаза могут видеть одну и ту же вещь.
Психология дает множество других очевидных фактов подобного эффекта, и
сомнения, которые следуют из этого, легко усиливаются историей попыток
представить фактический язык наблюдения. Ни одна современная попытка
достичь такого финала до сих пор не подвела даже близко к всеобщему языку
чистых восприятий. Те же попытки, которые подвели ближе всех других к
этой цели, имеют одну общую характеристику, которая значительно
подкрепляет основные тезисы нашего очерка. Они с самого начала
предполагают наличие парадигмы, взятой либо из данной научной теории,
либо из фрагментарных рассуждений с позиций здравого смысла, а затем
пытаются элиминировать из парадигмы все нелогические и
неперцептуальные термины. В некоторых областях обсуждения эти усилия
привели к далеко идущим и многообещающим результатом. Не может быть
никакого сомнения, что усилия такого рода заслуживают продолжения. Но их
результатом оказывается язык, который, подобно языкам, используемым в
науках, включает множество предположений относительно природы и
отказывается функционировать в тот момент, когда эти предположения не
оправдываются. Нельсон Гудмен точно указывает этот момент, когда
описывает задачи своей работы “Структура явления”: “Это счастье, что
нечего [кроме явлений, существование которых известно] больше выяснять,
ибо понятие “возможных” случаев, которые еще не существуют, но могут
существовать, далеко не ясно” Ни один язык, ограничивающийся подобным
описанием мира, известного исчерпывающе и заранее, не может дать
нейтрального и объективного описания “данного”. Философские
исследования к тому же не дают даже намека на то, каким должен быть язык,
способный на что-либо подобное.
В течение большей части XVIII века и в XIX веке европейские
химики почти все верили, что элементарные атомы, из которых состоят все
химические вещества, удерживаются вместе силами взаимного сродства. Так,
кусок серебра составляет единство в силу сродства между частицами серебра
(до периода после Лавуазье эти частицы мыслились как составленные из еще
более элементарных частиц). По этой же теории серебро растворяется в
кислоте (или соль — в воде) потому, что частицы кислоты притягивают
частицы серебра (или частицы воды притягивают частицы соли) более
сильно, нежели частицы этих растворяемых веществ притягиваются друг к
другу. Или другой пример. Медь должна растворяться в растворе серебра с
выпадением серебра в осадок, потому что сродство между кислотой и медью
более сильное, чем сродство кислоты и серебра. Множество других явлений