Историография отечественной истории (IX - начало XX вв.). Сидоренко О.В. - 180 стр.

      При этом признание позитивной необходимости трансформации русского общества
на социалистических началах неизбежно приводили Чернышевского к идеализации роли
сильной русской государственности в этом процессе. Данный круг идей лег в основу
народничества как социально-философского направления русской мысли. Смысл наследия
Чернышевского раскрывается в полной мере только в связи с будущим.

                               Историческая концепция
      Конечно, Чернышевского больше интересовала современная история. И едва ли мы
можем говорить о каком-то новом слове Чернышевского в исторической науке в отличие от
основных сфер его занятий — эстетики, политэкономии, литературной критики,
художественного творчества. Но, как отметил В.Ф. Антонов, будучи публицистом и одним
из вождей освободительного движения, Чернышевский «логикой и потребностью борьбы
чуть ли не ежедневно обращался к истории, привлекая ее для решения задач современности
и прогнозирования будущего». В этих целях он отбирал для рецензирования и анализа
исторические исследования. Давая читателю новый материал для размышлений,
Чернышевский направлял его мысль в нужном направлении. Своим участием в полемике
профессиональных историков, например М.П. Погодина и Н.И. Костомарова о
происхождении Руси и другими дискуссионными выступлениями, он влиял на
историографическую ситуацию, содействуя развитию науки.
      Историческая концепция Чернышевского интересна еще и тем, что она имеет
решающее значение в понимании его мировоззрения в целом. Н.К. Фигуровская подчеркнула
отличие исторической концепции Чернышевского от исторических представлений Герцена.
      В основу объяснения хода истории Чернышевский положил триаду развития Гегеля
— Шеллинга: начало развития, ускорение развития и высший этап, который «по форме»
совпадает с начальной ступенью, «существенно отличаясь от него содержанием». Н.К.
Фигуровская отметила, что этот научный вывод Чернышевский оценивал чрезвычайно
высоко: «Высший этап развития повторяет начальную форму развития, т. е. первобытно-
общинный строй».
      Соглашаясь с идеей английского историка-позитивиста Г.Т. Бокля, автора «Истории
цивилизации в Англии», о том, что история движется «развитием знаний», Чернышевский
увидел единство многообразия и богатства «надстройки» в обстоятельствах экономической
жизни. В истории «развитие двигалось успехами знания, которые преимущественно
обусловливались развитием трудовой жизни и средств материального существования».
Естественную основу исторического прогресса он видел во врожденной способности и охоте
людей трудиться, во внутреннем стремлении массы к улучшению своего материального и
нравственного быта. Таким образом, Чернышевский считал необходимым обогатить
концепцию интеллектуального прогресса Г.Т. Бокля материалом экономической истории.
      Н.К.    Фигуровская    подчеркнула     еще   одно     обстоятельство:   «Система
производственных отношений интересовала Чернышевского лишь в аспекте того, как она
влияет на заинтересованность каждого отдельного производителя в процессе труда,
насколько она соответствует социальной справедливости, общественной пользе... В целом
его методологический подход уходил корнями в слабое развитие капитализма в России, в
мировоззрение социалистов-утопистов, в традиции русской общественной мысли с ее
социальной направленностью и свойственной ей нравственно-этической оценкой
социальных явлений».
      По сравнению с предыдущими формациями, прежде всего феодализмом,
Чернышевский признавал прогрессивность капитализма. Он констатировал вступление
России на путь «мирового хозяйства». Но в целом Чернышевский оценивал негативно
буржуазный строй и полемизировал с его сторонниками.




                                         180