Историография отечественной истории (IX - начало XX вв.). Сидоренко О.В. - 182 стр.

глазах Чернышевского, была обязана тому, что русские благодаря Петру Великому стали
народом образованным. Если сначала идеализация дела и личности Петра I шла в большей
мере от неприятия николаевской дореформенной действительности, то в начале нового
царствования, особенно в 1856 г., восхищенные оценки Петра объясняются надеждами,
которое тогда возлагало русское общество на Александра II в деле освобождения крестьян.
       По мере того как у Чернышевского рассеивались иллюзии в отношении Александра II,
нарастала и его критика действий Петра. Смысл и цель его деятельности открылись
Чернышевскому в ином свете. Они сводились к созданию сильной военной державы. Не
видит уже Чернышевский и коренного отличия Петра от его предшественников на троне: «У
самого Петра Великого все важные для общественной жизни понятия и все принципы
действия были совершенно русские понятия и принципы времен Алексея Михайловича и
Федора Алексеевича. От своих противников от отличался не характером идей, а только тем,
что он понимал надобность, а они не понимали надобности устроить войско по немецкому
образцу... Но для чего нужно войско, как должно быть устроено государство, какими
способами должно быть управляемо, каковы должны быть отношения власти к нации — обо
всем этом он думал точно также, как и его противники. Он был истинно русским человеком,
не изменившим ни одному из важных в общественной жизни понятий и привычек».
       Чернышевский шел к пониманию исторической исчерпанности петровских
преобразований и отстаивал необходимость изучения преобразований в преломлении
народной жизни.
       О «веке Екатерины» Чернышевский оставил лишь мимолетные замечания, не
имеющие концептуального характера. Первая четверть XIX в. интересовала мыслителя не
как время Александра I, а как период неудавшейся реформации сломанного жизнью М.М.
Сперанского.
       Чернышевский много писал о войнах. Он негативно оценивал войны, связанные с
захватом чужих территорий, оправдывал освободительные войны начала XVII и XIX вв.,
считал их отвечающими интересам страны и народа.
       Высокую оценку работам Чернышевского дал К. Маркс, считавший, что «из всех
современных экономистов Чернышевский представляет единственного действительно
оригинального мыслителя, между тем как остальные — суть только компиляторы». Маркс
говорил, что политическая смерть Чернышевского является потерей для ученого мира не
только России, но и целой Европы. В.И.
       Ленин считал Н.Г. Чернышевского единственным, действительно великим русским
писателем, «который сумел с 50-х гг. вплоть до 1888-го года остаться на уровне цельного
философского материализма и отбросить жалкий вздор неокантианцев, позитивистов,
махистов и прочих путаников». Ленин высоко оценил «теорию трудящихся», в которой
Чернышевский обосновывал необходимость передачи продуктов труда производителям
материальных ценностей.
       Историк общественной мысли Ю.М. Стеклов (Нахамкис) (1873—1941) утверждал, что
Чернышевский самостоятельно открыл материалистическое понимание истории. Это не так.
Чернышевский не создал материалистического понимания истории, но к экономическому
детерминизму он действительно был близок. На этом основании Ю.И. Семенов называет
Н.Г. Чернышевского предтечей историко-экономического направления в русской
исторической науке.

                               А.П. Щапов (1821 — 1876)
      Афанасий Прокопьевич Щапов известен как первый русский историк, который
положил в основу объяснения исторического процесса нашей страны революционно-
просветительские идеи. Он настойчиво ставил вопрос о месте и значении трудового народа в
истории России. «Главный фактор в истории есть сам народ, дух народный, творящий
историю... сущность и содержание истории — есть жизнь народная», — в этом Щапов был
глубоко убежден. Оригинальный историк церкви и раскола, знаток народного быта — все

                                          182