Историография отечественной истории (IX - начало XX вв.). Сидоренко О.В. - 68 стр.

UptoLike

Составители: 

68
нолям распростираясь, иногда в малые потоки разделяется и между многими островами
теряет глубину и стремление», но затем снова «соединяясь в одни береги, вящую быстрину и
великость приобретает», и чем дальше, тем в большей мере вбирая в себя другие реки,
«обильнейшими водами разливается и течением умножает свои силы». Этомысль о
поступательном движении истории, преодолевающей на своем пути многочисленные
препятствия, отступающей и снова идущей вперед, -мысль для того времени достаточно
прогрессивная.
Для Ломоносова характерно также стремление понять прошлое своего народа в
рамках всемирно-исторического процесса, представляющего собой последовательную смену
ряда народов, проходящих циклы своего развития от расцвета до заката. «Начинаются
народы, когда другие рассываются; одного разрушение даст происхождение другому». Это
высказывание, конечно, далеко ушло от фаталистической концепции средневековых
хронографов, видевших в истории поучительный пример тщетности и суетности как личных
человеческих судеб, так и судеб целых обществ и государств. Изучение истории
Ломоносова, напротив, убеждает в том, что дела «смертных», преходящие «труды»
отдельных лиц сообщают бессмертие народу. Всемирно-исторический процесс, по его
мнению, свидетельствует о прогрессивном движении человечества, во время которого
оставляют свой след в прошлом люди разных поколений и пароды разных времен. И
историческая паука должна по этим следам воссоздать путь развития от прошлого к
настоящему. Историяэто движение, она не знает ограниченных рамок времени и
пространства, она дает беспредельные возможности дальнейшего роста.
Ученый поднимает вопрос о том, как из действий людей ряда поколений слагается
история человечества. Если люди разных времен выступают раздельно, то история
объединяет их деяния в общем всемирно-историческом процессе. Эта трактовка
представляет значительный шаг но сравнению с развитым Татищевым пониманием истории
как науки, изучающей цепь человеческих «деяний» и «приключений», к мысли об их
преемственности и непрерывности.
Ломоносов выдвигает задачу выяснения общих начал и черт своеобразия в развитии
отдельных народов. При этом он исходит из идеи повторяемости явлений у народов,
разновременно выступающих на всемирно-исторической арене. Ломоносов сравнивает
политическую историю России с историей Древнего Рима. Если римская история началась с
единовластия «королей», то история Россиис единовластия князей. Период, когда в Риме
установилась республика, напоминает Ломоносову время феодальной раздробленности на
Руси. Наконец, Римская империя, на его взгляд, аналогична по своему характеру
«самодержавству государей московских». Таковы черты сходства истории русской и
римской.
Но Ломоносов не только сопоставляет, но и противопоставляет историческое
развитие России и античного Рима. Это противопоставление производится с целью доказать,
что абсолютизм содействовал росту могущества России. Таким образом, «в единоначальном
владении залог... блаженства» России. И в данном случае, выявляя параллели в истории
отдельных народов и указывая особенности их исторической жизни, Ломоносов, выступая с
позиций просвещенного абсолютизма, ушел значительно вперед от схемы Татищева с его
выделением в развитии народов четырех «станов», подобных возрастам отдельных людей.
Сама идея «бессмертия» народа получила яркое звучание лишь в трудах Ломоносова с их
демократической направленностью.
Как и Татищев, Ломоносов поднимает вопрос о пользе истории. Он видит ее в
правдивости изображения прошлого, которая является условием морального воздействия
(силой примера) на людей. Представление о значении славных подвигов исторических
деятелей прошлого как примера для последующих поколений свидетельствует о большом
патриотизме Ломоносова. В то же время на исторических фактах он обосновывает роль
просвещенного абсолютизма в развитии человечества. История «дает государям примеры
правления, подданнымповиновения, воинаммужества, судиямправосудия, младым
нолям распростираясь, иногда в малые потоки разделяется и между многими островами
теряет глубину и стремление», но затем снова «соединяясь в одни береги, вящую быстрину и
великость приобретает», и чем дальше, тем в большей мере вбирая в себя другие реки,
«обильнейшими водами разливается и течением умножает свои силы». Это — мысль о
поступательном движении истории, преодолевающей на своем пути многочисленные
препятствия, отступающей и снова идущей вперед, -мысль для того времени достаточно
прогрессивная.
       Для Ломоносова характерно также стремление понять прошлое своего народа в
рамках всемирно-исторического процесса, представляющего собой последовательную смену
ряда народов, проходящих циклы своего развития от расцвета до заката. «Начинаются
народы, когда другие рассываются; одного разрушение даст происхождение другому». Это
высказывание, конечно, далеко ушло от фаталистической концепции средневековых
хронографов, видевших в истории поучительный пример тщетности и суетности как личных
человеческих судеб, так и судеб целых обществ и государств. Изучение истории
Ломоносова, напротив, убеждает в том, что дела «смертных», преходящие «труды»
отдельных лиц сообщают бессмертие народу. Всемирно-исторический процесс, по его
мнению, свидетельствует о прогрессивном движении человечества, во время которого
оставляют свой след в прошлом люди разных поколений и пароды разных времен. И
историческая паука должна по этим следам воссоздать путь развития от прошлого к
настоящему. История — это движение, она не знает ограниченных рамок времени и
пространства, она дает беспредельные возможности дальнейшего роста.
       Ученый поднимает вопрос о том, как из действий людей ряда поколений слагается
история человечества. Если люди разных времен выступают раздельно, то история
объединяет их деяния в общем всемирно-историческом процессе. Эта трактовка
представляет значительный шаг но сравнению с развитым Татищевым пониманием истории
как науки, изучающей цепь человеческих «деяний» и «приключений», к мысли об их
преемственности и непрерывности.
       Ломоносов выдвигает задачу выяснения общих начал и черт своеобразия в развитии
отдельных народов. При этом он исходит из идеи повторяемости явлений у народов,
разновременно выступающих на всемирно-исторической арене. Ломоносов сравнивает
политическую историю России с историей Древнего Рима. Если римская история началась с
единовластия «королей», то история России — с единовластия князей. Период, когда в Риме
установилась республика, напоминает Ломоносову время феодальной раздробленности на
Руси. Наконец, Римская империя, на его взгляд, аналогична по своему характеру
«самодержавству государей московских». Таковы черты сходства истории русской и
римской.
       Но Ломоносов не только сопоставляет, но и противопоставляет историческое
развитие России и античного Рима. Это противопоставление производится с целью доказать,
что абсолютизм содействовал росту могущества России. Таким образом, «в единоначальном
владении залог... блаженства» России. И в данном случае, выявляя параллели в истории
отдельных народов и указывая особенности их исторической жизни, Ломоносов, выступая с
позиций просвещенного абсолютизма, ушел значительно вперед от схемы Татищева с его
выделением в развитии народов четырех «станов», подобных возрастам отдельных людей.
Сама идея «бессмертия» народа получила яркое звучание лишь в трудах Ломоносова с их
демократической направленностью.
       Как и Татищев, Ломоносов поднимает вопрос о пользе истории. Он видит ее в
правдивости изображения прошлого, которая является условием морального воздействия
(силой примера) на людей. Представление о значении славных подвигов исторических
деятелей прошлого как примера для последующих поколений свидетельствует о большом
патриотизме Ломоносова. В то же время на исторических фактах он обосновывает роль
просвещенного абсолютизма в развитии человечества. История «дает государям примеры
правления, подданным — повиновения, воинам — мужества, судиям — правосудия, младым

                                          68