Историография отечественной истории (IX - начало XX вв.). Сидоренко О.В. - 75 стр.

дворянские историки пытаются осмыслить происходящее и укрепить позиции своего
сословия, обращаясь к историческому опыту.

                                   А.И. Мусин-Пушкин
       Определенный подъем был связан с пробуждением так называемого «любительского
интереса», который понимался исключительно как любовь к родной истории. «Любителями
истории», знавшими и понимавшими ее вкус, были И.Н. Болтин, И.П. Елагин, Н.Н. Бантыш-
Каменский, А.Ф. Малиновский, А.Н. Оленин. К этой когорте принадлежал и А.И. Мусин-
Пушкин. Видный сановник, владелец одной из самых знаменитых в России библиотек и
древнерусских рукописных собраний, крупный знаток российских древностей и языка,
издатель ряда исторических памятников и автор исторических исследований, он особенно
трепетно относился к историческому источнику. Это выразилось в собирании,
коллекционировании письменных и материальных памятников, их критическом
использовании и осмыслении.
       Алексей Иванович Мусин-Пушкин родился 16 марта 1744 г. в доме капитана гвардии,
а скончался в 1818 г. Его имя навсегда вошло в русскую литературу и историографию как
Имя человека, открывшего бесценное «Слово о полку Игореве». В ореоле этого события как
бы в тени остались другие стороны жизни и деятельности Мусина-Пушкина. Он занимал
руководящие посты в учреждениях, которые определяли правительственную политику в
области просвещения и науки. Управляющий корпусом чужестранных единоверцев (создан в
1775 г. для обучения детей, репатриированных после русско-турецкой войны 1768-1774 гг.),
обер-прокурор Синода, президент Академии художеств — эти должности предоставляли ему
широкие возможности для формирования источниковой базы отечественной истории.
       B.O. Ключевский, анализируя подъем национального интереса к отечественной
истории в екатерининскую эпоху, очень точно определил, что основы самобытного взгляда
на русскую историю лежали в изучении источников. Цель деятельности Мусина-Пушкина
была не просто научная, а нравственно-патриотическая — собирательство древнерусских
памятников, их изучение и издание как противопоставление иностранным влияниям в
общественно-научной жизни.
       В обществе второй половины XVIII в. утверждается следующий взгляд на русскую
историю; если у нас были темные стороны, то они были и у других. Довольно мы гнулись
под чужую мерку, пора нам жить самобытно и выработать свой характер. Да он уже и есть,
но закрыт привозной маской. Чтобы его открыть, нужно начать изучение русской истории.
При таких взглядах и настроениях особое значение получили па мятники русской истории:
«свитки и рукописи хранят черт русского национального характера».
       Мусин-Пушкин, обладая немалыми средствами, принялся за собирание памятников
старины с того, что приобрел все книги и бумаги Петра Крекшипа — автора записок о Петре
I. Среди прочего там оказался древнейший из известных списков летописи —
Лаврентьевский. Многие, зная его страсть, дарили ему рукописи, в том числе и Екатерина II.
Будучи обер-прокурором Синода, он издал указ об извлечении из монастырских архивов
старинных документов и среди прочего нашел там список «Русской Правды». Когда Алексей
Иванович обнаружил| «Слово о полку Игореве», он сразу понял его значение и тут же издал
знаменитый памятник. И, видно, не зря, ибо громадную коллекцию Мусина-Пушкина
постигла печальная судьба. Весь дом его с библиотекой сгорел в Москве в 1812 г.
       Мусин-Пушкин издал также «Русскую Правду», «Поучение Владимира Мономаха». В
примечаниях к этим изданиям, прежде всего, порицалось увлечение иностранным. Подобное
отношение к источнику было характерно для всех издателей того времени — М.М.
Щербатова, Н.И. Новикова, И.Н. Болтина. Они даже не ставили своих имен на публикации,
дабы ничем не заслонять сам памятник. В 1767 г. вышел первый том «Библиотеки русской
истории». В нем был помещен Кенигсбергский, или, как его еще называют, Радзивиловский
список летописи; биография Нестора и инструкция для издания памятников. Тогда же были
изданы Никоновский список летописи, Царственная книга и летопись по Воскресенскому

                                           75