Аналитические жанры публицистики. Письмо. Корреспонденция. Статья. Акопов А.И. - 30 стр.

UptoLike

Составители: 

Рубрика: 

подниму руки кверху: “Уговорили. Согласен. И давайте пригласим на формовочный участок академика, он
знает еще больше”.
Я иду в конструкторское бюро завода. Наверное, среди творцов новых машин технику и вовсе нечего
делать. Нет, представьте. Вот как строится работа в группе, с которой знакомят меня. Ведущий инженер-
конструктор разрабатывает конструкцию, дает общий
расчет. Потом он раздает машииу по узлам своим
сотрудникам. Они умело вычерчивают узлы в общем виде, потом увязывают размеры по деталям. Когда
будут готовы все чертежи, ведущий проверит их и подпишет. В состоянии ли мы сегодня отменить эту
часть работы? Разумеется, нет. Любой конструктор объяснит вам, чточистое творчествозанимает
у него
куда меньше времени, чем все эти необходимейшие деталировки. Их не сбросишь со счета, их надо
делать, и быстрее всего, сноровистей, чище их делают техники. Вот и опять ие пойму я, почему им надо
исчезнуть.
Можно составить клинику из одних профессоров. (Это не просто фантастическое допущение: в науке
среднее
звено выпадает еще стремительнее, чем в индустрии.) Ах, как будет расчудесно: сплошные
медики высочайшего класса! Но, во-первых, еще не известно, лучше ли они справятся с обязанностями
медсестер. Во-вторых, просто глупо вручать шприцы и банки людям, которые обучены операциям на
сердце. А в-третьих, лишенные помощников, ученые сами начинают готовить
опыты и, между прочим,
получают за возню с приборами вчетверо больше, чем получал бы лаборант.
Моя задача - подчеркнуть рольсержантовв народном хозяйстве страны. Это люди большого опыта и
солидных знаний. Они получили специальное образование: специально в течение четырех лет изучали
дело, которому служат. И они служат ему преданно и
честно. “Стиратьсятехнику совершенно незачем.
Да он и не стирается. Оставим до поры теоретические раздумья. Обратимся к суровой прозе жизни:
только 38 процентов инженерных должностей занято в РСФСР людьми с высшим образованием. Почти
две трети инженеров в стране - вовсе не инженеры. Кто же они? Исчезнувшие техники. Отчасти и практики
- категория также
уважаемая и весьма полезная, но в основном именно техники. На люберецком заводе я
насчитал их более четырехсот. Они были техниками и остались техниками, только называться стали
почему-то инженерами. И знакомый нам Фатеев занимает инженерную должность, и техники КБ числятся
по штату инженерами-конструкторами, и... я чувствую, что основательно-таки запутал
читателей.
Остановимся. Начнем все сызнова. Восемь тысяч мастеров в Московской области - техники, половина
начальников цехов -техники, большая часть заводских технологов, механиков, конструкторов - техники. И
эдак-то по всей стране! В Советском Союзе работает сейчас больше шести миллионов людей со средним
специальным образованием. Нет мистики - есть путаница. Нет дробей - есть полноценные
специалисты.
Их роль не стерлась - стерлось их наименование. Они исчезли всего лишь в штатных расписаниях.
Причина? Увы, до обидного простая... Заливщик Иван Кулаков окончил вечерний техникум. Арасти
отказался, предпочел вернуться на свое рабочее место. В изящной литературе принято в таких случаях
умиляться. Я бы тоже умилился, да повод не тот
. Ему предложили место техника, но, узнав, какой там
оклад, Кулаков возмутился: ”Да вы что?! Я на заливке получал вдвое больше. Вдвое!” Вот и вся причина.
Стирание граней, как видите, ни при чем. Автоматика и кибернетика тоже ни при чем. “При чемсовсем
иные факторы - оборототистость плановиков, упрямство финансистов, пробойная сила
директоров. В
соединении они и приводят к тому, что эти низкооплачиваемыеединицыиз года в год везде и всюду с
железной последовательностыо выпадают из штатов. Но техники нужны заводам? Необходимы. Как же
быть? Хочешь не хочешь, аоформляй их инженерами. Отныне для того, чтобы заниматься своим
прямым делом (и получать вполне
заслуженную зарплату), они вынуждены именоваться инженерами. К
слову сказать, и для Ивана Кулакова нашелся в конце концов инженерный оклад. Вот иисчез техник.
Помню, еще прежде, на Ленинградском металлическом заводе, я столкнулся со всей этой хитрой
механикой. Там в инженерах ходили не только техники, но и делопроизводители, нормировщики,
диспетчеры, секретарши,
агенты по снабжению. В одном только отделе внешней кооперации двадцать
таких агентов числились инженерами и старшими инженерами. Зачем этот обман? Кому он нужен?. . Мне
показали выводы бригады Госплана, изучавшей на заводе кадровый состав: “Преувеличенный удельный
вес инженерных должностей вызывается не действительной потребностью в инженерных знаниях, а
необходимостью обеспечить минимум заработной платы
для лиц, выполняющих ответственную работу... “
Мне сказали, что такие бригады выехали и на другие заводы, что исследования ведутся не первый год, что
будут сделаны все необходимые выводы. И я не стал сб этом писать. Раз уж изучением вопроса занялся
сам Госплан, полагал я, литератору делать нечего. Притом и очковтирательства тут
не было. Во всяком
случае, те, ктовтирал”, и те, комувтирали”, одинаково были в курсе дела. Не скрою, наконец, что и сама
тема не показалась мне в ту пору важной. Ну не все ли равно, как назвать человека - инженером, техником,
служащим, клерком? “Хоть горшком назови... “
Назначили кота ловить мышей. А
по штатному расписанию провели тигром. Кот мышей ловит.
Справляется. Но им недовольны: не тянет на тигра!. . - Висим в облаках, - сказал мне Валентин Фатеев. -
Придет завтра товарищ из МВТУ или из Института стали, и будь здоров. И с приветом! Его - на мое место,
а меня - бригадиром. Образование-то не соответствует. Слова
обретают подчас самостоятельное,
гипнотическое значение. Казалось бы, пустяк, закорюка в списках, глядь, а она уже командует судьбами
людей! И мы не властны над закорюкой. Назвавши человека груздем, мы силком норовим загнать его в
кузов: вынь да положь инженерный диплом! А его нет, диплома, откуда ему взяться? И техник ощущает
собственную неполноценность
. Самые блага, честно заработанные им, он получает словно бы незаконно,
крадучись. Разговор тут не об одной зарплате, а о всей, так сказать, сумме общественного признания