Философия. Бернацкий В.О - 231 стр.

веческое свойство, в котором принципиальное основание принадлежит созна-
нию, мышлению, то вообще парадокс: человек должен быть до труда, а не по-
сле.
      На это многие обращали внимание, но специально рассмотрел этот «по-
рочный круг» Б. Ф. Поршнев в своей книге «О начале человеческой истории»1.
А сегодня вновь «орудийная» основа стала проблемной: как объяснять признан-
ные всем мировым научным сообществом новые данные о возрасте древней-
ших «орудий труда» чуть ли не в 2, 5 млн. лет, тогда как человеку (кроманьон-
цу) всего-то около 40 тыс. лет? Признавать человеком хотя бы неандертальца?
Или все же «орудийная деятельность» не самая «суть» человеческого?
      И здесь можно начать с известного и общепринятого: мыслить без языка
нельзя, невозможно. Деятельность, труд как ее вид сознательны и целеположе-
ны, следовательно, никак не могут быть раньше человека, уже человека. И нам
ничего не остается, как признать: в начале было «обретение» мыслить, осозна-
вать себя и оценивать вещи, относиться к ним и к среде как средствам жизни, а
не только манипулировать ими. А это невозможно не только вне общения с се-
бе подобными, но главное и вне особой системы отношений и разнообразных
форм поведения. Для чего вначале не могло не идти становление понятийного
языка и только затем (хотя, бесспорно, и параллельно) – деятельность в ее от-
личии от разнообразных действий животных. Деятельность как сознательное
действие субъекта – это завершающий акт и этап в оформлении человека и об-
щественной формы живой природы и способ их существования. Потому даже в
среде материалистов трудно не признать больше правыми тех, кто принимает,
конечно, не в библейской интерпретации, «в начале было слово», а не Фаустов-
ское «в начале было дело».
      Таким образом, здесь не просто еще раз подтверждается, что сознание
есть принципиальное отличие человека от животного. Главное и концептуаль-
ное в том, что деятельность именно как познавательно творческая ни коем об-
разом не оказывается «формой» ли, «видом» жизнедеятельности животных, хо-
тя бы и на качественно новой основе. Именно слово и деятельность окончатель-
но «отвязали» человека от природы, но именно слово и деятельность «за-
консервировали» нас как антропологический вид «Homo sapiens». Всё это озна-
чает одно: природа человека социальная, это своеобразный продукт общества
как среды и специфической организации жизни людей. Принципиальное, каче-
ственное отличие биологического и социального имеет место не только «внут-
ри» человека, не только как существенное свойство людей. Существенные раз-
личия характеризуют как связи людей, так и организацию их жизни, «правила»,
по которым эта самая жизнь протекает. Но об этом ещё будет специальный раз-
дел в следующих лекциях.

1
    Поршнев Б. Ф. О начале человеческой истории. М.: Политиздат, 1974. С. 487.
2
231