История русской литературы. Ч.2. Ильичев А.В. - 84 стр.

оборот, становились достоянием повседневной политической речи и публицистики и служили
острым оружием социально-политической борьбы. И даже те читатели, которым не была доступна
вся идейная глубина произведений сатирика, улавливали общий их смысл. Писатели, публицисты,
политические деятели вплоть до наших дней продолжают пополнять свой арсенал из богатейшего
источника щедринской сокровищницы художественного слова.
       Щедрин, как и другие классики русского реализма, превосходно владел мастерством
изображения быта и психологии людей, социальных и нравственных явлений общественной
жизни. Но он имел свое особое призвание и внес свой неповторимый вклад в развитие русской и
мировой литературы.
       Произведения сатирика, как бы они ни были разнообразны в идейно-художественном и
жанровом отношениях, составляют единый художественный мир, отмеченный печатью яркой
творческой индивидуальности писателя. Своеобразие Щедрина-художника наиболее наглядно
проявляется прежде всего в таких особенностях его сатирической поэтики, как искусство
применения гиперболы, гротеска, фантастики, иносказания для реалистического воспроизведения
действительности и ее оценки с прогрессивных общественных позиций.
       Смех — основное оружие сатиры. «Это оружие очень сильное,— говорил Щедрин,— ибо
ничто так не обескураживает порой, как сознание, что он угадан и что по поводу его уже раздался
смех». Этим оружием боролись с социальными и нравственными пороками общества Фонвизин,
Крылов, Грибоедов, Гоголь. Щедрин развивал их традиции. Сторонники реакционного искусства
выступали с теорией безобидного юмора — юмора, примиряющего социальные противоречия. В
противоположность этому воззрению Щедрин развивал учение о «беспощадном остроумии»,
«относящемся к предмету во имя целого строя понятий и представлений, противоположных
описываемым». Именно такой беспощадный юмор был главной силой сатирика. В его творчестве
сатирическое направление русской литературы XIX в. достигло высшей точки развития и
оказывало огромное революционизирующее воздействие на общественную мысль.
       Щедрин — самый яркий продолжатель гоголевской традиции сатирического смеха. Гоголь
и Щедрин — два крупнейших комических дарования во всей русской литературе. Тот и другой
обладали неистощимым остроумием в изобличении общественных пороков. И вместе с тем есть
существенное различие в идейных мотивах и формах комического у каждого из них.
       Герцен писал, что Гоголь «невольно примиряет смехом, его огромный комический талант
берет верх над негодованием». У Щедрина кипящее негодование господствует над комическим
элементом. Определяя смех Щедрина как горький и резкий, отмечая в нем «нечто свифтовское»,
Тургенев писал: «Я видел, как слушатели корчились от смеха при чтении некоторых очерков
Салтыкова. Было что-то почти страшное в этом смехе, потому что публика, смеясь, в то же время
чувствовала, как бич хлещет ее самое». Если к гоголевскому юмору приложима формула «смех
сквозь слезы», то более соответствующей щедринскому юмору будет формула «смех сквозь
презрение и негодование». Достаточно сравнить, с одной стороны, высшие достижения Гоголя —
«Ревизор» и «Мертвые души» — и, с другой, «Историю одного города» и «Современную
идиллию» Щедрина, чтобы почувствовать всю разницу между юмором первого и желчным,
гневным, негодующим, открыто презирающим смехом второго.
        В характере комического у Щедрина сказались, конечно, и особенности личной
биографии, дарования и темперамента писателя, но прежде всего — новые общественные условия
и новые идеи, верным представителем которых он был. Время формирует и выдвигает на арену
деятельности такие таланты, потребность в которых стала назревшей необходимостью.
       За немногие годы, разделяющие сатирическую деятельность Гоголя и Щедрина,
совершились крупные изменения в общественной жизни России и в развитии русской
освободительной мысли. Процесс разложения устаревших самодержавно-крепостнических
социальных форм жизни зашел еще дальше, руководящая роль в освободительном движении
перешла от дворянства к разночинной демократии во главе с Чернышевским и Добролюбовым,
идеи демократии нашли себе опору в идеях социализма. Впервые в истории России складывалась
революционная ситуация. В этой обстановке громко прозвучал щедринский смех. Это была
насмешка с высоты идеалов гуманизма, убежденно воспринятых сатириком, сознательно
связавшим себя с лагерем революционной демократии. Сатира Щедрина, черпавшего свою силу в
росте демократического движения и в идеалах социализма, глубже проникала в источник
общественного зла, нежели смех Гоголя. Разумеется, речь идет не о художественном
превосходстве Щедрина над Гоголем, а о том, что по сравнению со своим великим
предшественником Щедрин как сатирик ушел дальше, движимый временем и идеями. Что же

                                              85