Основы научных исследований (зарубежная история). Калимонов И.К. - 186 стр.

     В 60-70-е годы во Франции наряду с получившими мировое признание
трудами К. Леви-Строса и Э. Бенвениста, под влиянием методологии Л.
Ельмслёва и «неососсюреанства», а также под непосредственным воздействием
трудов русских формалистов сложились направления Р. Барта и А. Греймаса.

      Р. Барт, наряду с Клодом Леви-Строссом, Жаком Лаканом, Мишелем
Фуко, считается одним из крупнейших представителей современного
французского структурализма. Французский исследователь глубоко осознал
огромное значение знаковых систем в культурфилософии. Поворот Р. Барта к
структурализму обозначен в таких его работах, как «Воображение знака»
(1962), «Структурализм как деятельность» (1963).
      У Р. Барта семиологические исследования были связаны с интересными
разработками. Он полагал, что семиология должна стать «наукой о значениях».
Философ подчеркивал, что в процессе социализации человек наделяет
значениями весь предметный мир. Поэтому семиология могла бы стать наукой
о социуме, поскольку она занимается практикой означивания. Следовательно,
здесь можно говорить об изучении идеологий.
      Объявив войну господствующей культуре, Р. Барт предпринимал
попытки уже в 50-е годы создать всевозможные «контръязыки» и
«контркультуры». Он стремился раскрыть внутреннее содержание знаков,
показать их изнанку и таким образом представить во всей полноте. Если
прежде семиология значилась как описательная наука, то поворот Р. Барта
заключался в том, чтобы превратить её в критическую. В начале 70-х годов
станет складываться «постструктуралистский» период в его творчестве.
Импульсом для такой эволюции послужат работы Ж. Лакана и М. Фуко,
знакомство с диалогической концепцией М. Бубера и М. Бахтина, влияние
итальянского философа и лингвиста Умберто Эко, французского философа
Жака Деррида, а также Ю. Кристевой.
      Классическая лингвистика от Соссюра до современных французских
функционалистов оценивала язык как постоянную структуру, которая в равной
степени доступна всем членам общества. Разумеется, язык действительно
служит для того, чтобы передать различные типы содержания. Однако для
выражения собственных мыслей человек пользуется такими языковыми
комплексами, которые имеют многозначный смысл. Важно обнаружить эти
смыслы и определиться по отношению к ним.
      Языковая деятельность, отмечает Р. Барт, подобна законодательной
деятельности, а язык является её кодом. Мы не замечаем власти, которая
таится в языке, потому что забываем: язык – это средство классификации.
Всякая классификация есть способ подавления. Любой естественный язык
определяется не столько тем, что он позволяет говорящему сказать, сколько
тем, что он понуждает его сказать.
      Например, говоря по-французски, я вынужден сначала обозначить себя
как субъекта и лишь затем назвать совершаемое мною действие. Таким
образом, оно оказывается не более чем моим атрибутом. Получается, будто то,
что я делаю, есть всего лишь следствие и последствие того, чем я являюсь.
                                                                       186