Поговорим по-русски. Краснопевцев В.П. - 143 стр.

UptoLike

ВУЗ: 

ПсковГУ | Псков

Составители: 

Рубрика: 

143
пикового места в поэме Гоголя, он всенепременно заш-
вырнул бы злополучный томик в самый дальний угол,
разразившись при этом отборнейшей тевтонской бра-
нью…
Таков очередной из бесчисленных парадоксов
своеобразной русской речи.
Родственники на словах поражают одновре-
менно как своим разнообразием, так и неожиданной
свободою применения подобных обращений в живой
речи. К примеру, “батюшка” и “батенька” могут
быть обращены равно к самым разновозрастным
собеседникам, вплоть до малого ребенка. Так же и
“матушка”. Правда, “батя”, “отец”, “папаша”,
“мать” и “мамаша” чаще все-таки адресуются к
людям, чей возраст заметно превышает возраст го-
ворящего.
Что касается обращения “брат”, которым с
такою безмятежной легкостью щеголял гоголевский
Ноздрев, то и у него имеются выразительные вари-
анты: “братец” (братец ты мой), “братишка”, “бра-
тишечка”, “браток” (не “братик”!), грубоватое
“братан”.
В то время как обращения предыдущего ряда
довольно редко выступают также и в форме мно-
жественного числа (папаши, мамаши, отцы родные),
то эти - сплошь и рядом: братцы, братишки… В про-
сторечии в ходу также собирательное “братва”.
В литературе о войне частенько можно встре-
тить “родственные” обращения раненых к своим
спасительницам на поле боя либо к обслуживающему пер-
соналу медсанбатов и госпиталей: “сестрица” и “сес-
тричка” (“сестренка”, как легко улавливается нашим
слухом, - из другого смыслового ряда). К слову сказать,
не вовсе случайно, надо думать, за медицинскими ра-
ботниками закрепились в русском языке именно “род-
PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com
                                                            143
         пикового места в поэме Гоголя, он всенепременно заш-
         вырнул бы злополучный томик в самый дальний угол,
         разразившись при этом отборнейшей тевтонской бра-
         нью…
               Таков очередной из бесчисленных парадоксов
         своеобразной русской речи.
               Родственники на словах поражают одновре-
         менно как своим разнообразием, так и неожиданной
         свободою применения подобных обращений в живой
         речи. К примеру, “батюшка” и “батенька” могут
         быть обращены равно к самым разновозрастным
         собеседникам, вплоть до малого ребенка. Так же и
         “матушка”. Правда, “батя”, “отец”, “папаша”,
         “мать” и “мамаша” чаще все-таки адресуются к
         людям, чей возраст заметно превышает возраст го-
         ворящего.
               Что касается обращения “брат”, которым с
         такою безмятежной легкостью щеголял гоголевский
         Ноздрев, то и у него имеются выразительные вари-
         анты: “братец” (братец ты мой), “братишка”, “бра-
         тишечка”, “браток” (не “братик”!), грубоватое
         “бра та н” .
               В то время как обращения предыдущего ряда
         довольно редко выступают также и в форме мно-
         жественного числа (папаши, мамаши, отцы родные),
         то эти - сплошь и рядом: братцы, братишки… В про-
         сторечии в ходу также собирательное “братва”.
               В литературе о войне частенько можно встре-
         тить “родственные” обращения раненых к своим
         спасительницам на поле боя либо к обслуживающему пер-
         соналу медсанбатов и госпиталей: “сестрица” и “сес-
         тричка” (“сестренка”, как легко улавливается нашим
         слухом, - из другого смыслового ряда). К слову сказать,
         не вовсе случайно, надо думать, за медицинскими ра-
         ботниками закрепились в русском языке именно “род-




PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com

Страницы