Институциональная экономика. Кузьминов Я.И - 31 стр.

рамках личного опыта, так и в рамках передачи информации со стороны другого человека. При сотом
(как и при пятисотом) прохождении лабиринта человек уже может даже по сторонам не смотреть. Он
будет действовать автоматически, без рационального осмысления того, как и зачем он что-то делает.
        Лабиринт от долгого употребления слегка обвалится и станет нуждаться в реставрации. Тогда
люди начнут спорить, в каком виде его следует восстановить - в том же самом или в несколько ином?
Одни будут кричать: «Ребята, мы всю жизнь так ходили. Отцы и деды наши так ходили. Давайте
восстановим стенку там, где она стояла». Другие предложат не строить в данном месте стенки, чтобы
можно было пройти напрямик, выиграв тем самым время. В обществе начнутся конфликты. Такова
схематично судьба института.
        Лабиринт - институт формальный, жесткий, закрепленный законом. И чаще всего
дискутируется судьба именно этих институтов, а относительно неформальных, мягких, не закрепленных
законом институтов обычно не спорят. Хотя иногда спорят и по их поводу. Так, в конце XIX в.
обсуждался вопрос, можно ли дамам ездить на велосипеде, не оскорбляет ли это общественную
нравственность.
        На самом деле институты не есть стенки. Институты не имеют физического смысла, они
существуют исключительно в деятельности и через деятельность людей. Суд не состоится, если не
пришел судья. Фондовая биржа не будет функционировать, если на торги никто не придет, что и имеет
место сейчас1, когда никто не интересуется акциями наших предприятий (т.е. институт фондовой биржи
формально существует, но не работает). Большинство людей действует в рамках института уголовного
права, соблюдая закон. Меньшинство закон преступает, что приводит к печальным последствиям.
Смысл института уголовного права в том, что абсолютное большинство знает: определенные вещи
делать нельзя, иначе последует наказание. Так, человек не отнимает чужого, понимая, что его за кражу
посадят в тюрьму.
        Через институты человеку сообщается некая информация (например, о необходимости
свернуть, ибо, если он пойдет прямо, то стукнется головой о стену). Институты сами по себе
порождаются недостатком информации, стремлением людей сэкономить на приобретении и обработке
оной. Представим ситуацию, в которой люди имеют огромное количество альтернатив поведения. Они
будут пробовать действовать один раз, второй, третий и отбирать удавшиеся альтернативы. А в будущем
их дети выберут те альтернативы поведения, которые привели их отцов к успеху. Как это бывает?
        Скажем, есть болото, через которое хотят перебраться трое путников. Первый доходит до
определенного места болота и тонет. Второй, вне всякого сомнения, дойдет до этого места тем же путем,
обойдет его и утонет, уже преодолевая следующий коварный участок. Третий пойдет сначала по следам
второго (т.е. он тоже обогнет место, где утонул первый путник), потом дойдет до места гибели второго,
обогнет и это место, и, наконец, преодолеет болото. Тем же извилистым путем, каким шел третий, через
болото, наверняка, пойдут пятый, шестой, десятый путники. И так будет продолжаться, пока не
появится некий человек, который возьмет в руки орудие труда (шест), промеряет это болото и
обнаружит более прямой путь. Иными словами, так будет продолжаться, пока не разовьется технология,
которая поможет людям выпрямить путь (в данном случае технология приобретения информации, ибо
шест является именно ею).


                                                                                                        31