Введение в культурологию. Поликарпова В.А. - 169 стр.

UptoLike

Составители: 

169
до сих пор умышленно рассматривавшиеся раздельно. Иначе филосо-
фия не сможет дать нам мировоззрения, т. е. истолкования смысла
жизни. Одного только понимания ценностей для этого еще недостаточ-
но. Отрешенные нами от исторических культурных благ и приведенные
в систему ценности должны быть снова связаны с действительной жиз-
нью, которую мы тщетно ищем
в истории.
В самые различные времена философия стремилась к единству
ценности и действительности, даже тогда, когда не знала того, что де-
лает, и не могла знать, так как само разделение ценности и действи-
тельности еще отсутствовало. Можно даже сказать, что с этой точки
зрения нам впервые становятся вполне понятными основные
мотивы
тех философских построений, которые обычно обозначают именем ме-
тафизики и которые характеризуются стремлением выйти за пределы
этого мира. Учение Платона об идеях может служить классическим
примером такого рода метафизики, тем более что оно стало образцом
для большинства позднейших метафизических учений. Платон пре-
вращает ценности, обладающие значимостью, в истинную действи-
тельность, и такого рода гипостазирование ценностей повторяется
весьма часто, напр., также и там, где естественному закону придают
характер реальности. В последнем случае мы имеем дело с гипостази-
рованием теоретической ценности «всеобщего». Так как однако в непо-
средственно доступной нам действительности мы не можем обрести
единства ценности и действительности,— не можем уже
потому, что
такое единство должно быть всеобщим, непосредственная же действи-
тельность никогда не всеобща,— то искомое единство и переносится
необходимо в область, что лежит по ту сторону всякого опыта, т. е. в
область метафизического. Там безраздельно царствует единая действи-
тельность ценностей, как обладающая абсолютной ценностью реаль-
ность, начало всех вещей,
всеобщий критерий ценности, к которой
должно стремиться все, что притязает на общее значение. <...>
Смысл акта переживания или оценки не есть ни бытие ни ценность
его, но сокрытое в акте переживания значение для ценности, а постоль-
ку и связь и единство обоих царств. Соответственно этому мы обозна-
чим теперь третье царство
царством смысла, чтобы тем самым отгра-
ничить его от всякого бытия, проникновение же в это царство мы обо-
значим также вполне определенным словом «истолкование» (Deuten), в
отличие от объективирующего описания или объяснения (Erklaren) или
от субъективирующего понимания (Verstehen) действительности. <...>
Смысл, присущий акту оценки, с одной стороны не психическое бы-
тие, ибо он выходит
за пределы простого бытия, указывая на царство
ценностей. С другой стороны это не ценность, ибо он только указывает