Историография отечественной истории (IX - начало XX вв.). Сидоренко О.В. - 132 стр.

такое фундаментальное явление русской социальной действительности, как сельская
община, безусловно, является результатом их специфического понимания процесса
исторического развития как постепенного проявления народного «начала».
       Всемирная история, по мысли Хомякова, являла собой арену борьбы двух основных
«начал» бытия — свободы и необходимости. Воплощением «начала» свободы в древности
являлись иранские, а необходимости — кушитские (эфиопские) племена. В истории других
народов «иранское» и «кушитское» «начала» проявлялись в смешанном виде. Русский народ,
по мысли Хомякова, развивался под влиянием «иранизма». Это и предопределило его
стремление к духовным, нравственным Ценностям и пренебрежение к материальным
интересам и формальной политической свободе.
       Европейская цивилизация, в основе своей «иранская», по мысли Хомякова,
постепенно выродилась под влиянием «кушитства» и в XVIII-XIX вв. вступила в полосу
жесточайшего внутреннего кризиса. Проявления его славянофильский мыслитель видел в
ничем не сдерживаемом «эгоизме личностей», поклонении «золотому тельцу», разрыве с
традицией и безудержной революционности, угрожающей самим основам бытия западных
обществ. Несмотря на то, что русская образованная элита, впитавшая со времен Петра I идеи
европейского просвещения, была заражена тем же духовным недугом, что и весь западный
мир, Хомяков надеялся, что России удастся избежать судьбы Европы. Славянофильский
мыслитель стремился привлечь внимание общества к «народным началам», призванным
стать основой развития России по самобытному, исконному пути.
       «Началом народного бытия» Хомяков считал общинность. В отечественной и отчасти
зарубежной исторической литературе уже давно утвердилась точка зрения, согласно которой
приверженность славянофилов общинному началу считается признаком их консерватизма.
По мнению исследователей, придерживающихся этой точки зрения, для представителей
«московского направления» община имела значение в первую очередь как институт,
играющий стабилизирующую, охранительную роль в общественной жизни России. Эта
позиция представляется верной лишь отчасти. Историко-философская концепция Хомякова
отводит общине гораздо большую роль в истории России, нежели простому охранительному
институту, выполняющему функцию стабилизирующего социального фактора. Община
воспринималась славянофильским мыслителем как социальное выражение сущности
русского народного духа. То, что именно она привлекла к себе внимание Хомякова,
естественным образом вытекало из его понимания исторического процесса. Его
историософская концепция требовала для своего обоснования отыскания особой субстанции
русского народа. И первое, что при этом неизбежно должно было бросаться в глаза, — это
наличие в России крестьянского мира, явления социальной действительности, не имевшего
аналогов в Западной Европе.
       Что же, какое реальное смысловое содержание вкладывал славянофильский
мыслитель в понятие «общинность»? Прежде всего, этическое. В своих работах он
неоднократно отмечает, что община есть «...создание нравственной свободы русского
народа», что «...единство, которое лежало искони в понятии славянской общины...
заключается в понятии естественного и нравственного братства и внутренней правды».
Вполне корректно, на наш взгляд, будет характеризовать содержание, которое Хомяков
вкладывал в понятие «общинность» как «этический коллективизм».
       Другой существенной чертой исторического развития России Хомяков считал
отсутствие в ее истории завоевания. Эта особенность накладывала существенный отпечаток
на историческое развитие России в сравнении с государствами Западной Европы. Там
общество основывалось на насилии победителей над побежденными и было пронизано
скрытой враждой между ними. Эта внутренняя вражда смягчалась временными договорами и
из них постепенно возникла жизнь, основанная на условии, на контракте, возникло
искусственное государство, жесткая иерархическая структура, на вершине которой
находились завоеватели, а внизу завоеванные. В России государство развивалось
естественным путем, его начало не было омрачено насилием и, следовательно, по мысли

                                          132