Историография отечественной истории (IX - начало XX вв.). Сидоренко О.В. - 159 стр.

везде, под знаком глубокого религиозного чувства; но, вступив во второй период «возраст
возмужания», и, выйдя, благодаря реформам Петра на поприще всемирно-исторической
деятельности, русский народ не расстался с религией как основанием духовной сферы жизни
народа. И в этом состоит его коренное отличие.
       Таким образом, формула «правило — исключение» не чужда Соловьеву: «В одном
только русском народе религиозное влияние будет продолжаться вечно, но вместе с тем
разумно и сознательно». Это мнение Соловьева близко славянофильскому и показывает, что
он испытывал разносторонние влияния. Много лет спустя, историк, сохранив общую
структурную типологию общественного развития, т.е., не отказавшись от деления истории
народной жизни на два возраста, изменил названия самих категорий, определив их как
«возраст чувства» и «возраст мысли». Соловьев напишет в «Публичных чтениях о Петре
Великом»: «Если народ способен к развитию, способен вступить во второй период или
второй возраст своей жизни, то движение обыкновенно начинается знакомством с чужим;
мысль начинает свободно относиться к своему и чужому, отдавать преимущество в жизни
народов чужих, опередивших в развитии находящихся уже во втором периоде». В состояние
исторического движения русский народ, по Соловьеву, привел Петр Великий.
       Во время заграничной поездки 1842-1844 гг. у Соловьева усиливается его критическое
восприятие Гегеля. В это время историк получил возможность глубоко ознакомиться с
достижениями западноевропейской исторической науки. Тогда же он в основном
определился в методологическом отношении. И первоначальное интуитивное чувство
«неприятия» гегелевской философии истории, созрев, превращается у него в осознанную
методологическую позицию, важнейшим признаком которой становится антигегелевская
направленность.
       Нельзя не согласиться, что точки зрения, отличной от Гегеля, Соловьев
придерживался в целом ряде вопросов, прежде всего в отношении роли русского народа во
всемирно-историческом процессе. Для обоснования своей позиции Соловьев провел
сопоставление России и Западной Европы по трем линиям, которые приобрели характер
антитез. Первая антитеза «природа-мать» (для Западной Европы) — «природа-мачеха» (для
России) подчеркивала различия по степени благоприятности природных условий. В свою
очередь, специфика природных условий объясняла различие способов и результатов
этногенеза. В отличие от европейских народов, закрытых «наплыву» новых азиатских
варварских народов и поэтому имевших возможность развития национальности, народы
Восточной Европы такой возможностью не располагали. В этническом отношении «народ
пограничный, особенно живущий на распутий других народов, необходимо должен быть
смесью из разных народов»; «славяне суть племя смешанное, народ, образовавшийся от
наращения, а не нация, образовавшаяся порядком естественного происхождения целого рода
от другого». И наконец, специфика генезиса государственности России вытекала из первых
двух особенностей. На Западе монархические государства были результатом завоевания и
насильственного покорения туземного населения дружинниками германских племен. А
насилие, в соответствии с законом диалектики, порождает свою противоположность —
борьбу за свободу и, как следствие, — революцию. У славян же, по Соловьеву, ни
деспотическая форма правления (в силу смешанного характера населения), ни республика (в
силу обширности территории), ни монархическая власть, основанная на завоевании (такого
завоевания здесь не было), утвердиться не могли. Славяне сами дошли до мысли о
необходимости власти, и данное обстоятельство Соловьев им ставил в заслугу. А сама эта
идея родилась из состояния первоначального безвластия. Собственно русская история, как
считал Соловьев, начинается с началом русской государственности. Он связывал ее с
утверждением Рюрика князем среди северных племен славянских и финских.
       Таким образом, отказавшись от гегелевской триады, или трехэлементной структуры
исторического      бытия     Восток-Античность-Христианство      и    выдвинув      свою,
четырехэлементную Восток-Античность-Западная Европа-Россия, Соловьев тем самым


                                          159