Историография отечественной истории (IX - начало XX вв.). Сидоренко О.В. - 166 стр.

бродячими, людьми, которые разрознили свои интересы с интересами общества, которые
хотели жить на счет общества, жить чужими трудами». Рост национального самосознания
русского народа в ходе освободительной борьбы в начале XVII в. рассматривался
Соловьевым как борьба за православную веру, восстановление монархии, против иноверных
захватчиков — католиков и протестантов. Возведение на престол новой династии стало
шагом на пути восстановления государственного единства. В общей концепции Соловьева
XVII в. занимает особое место. Он подчеркивал его переломный переходный характер,
поворот от «восьмивекового движения на Восток» к «движению на Запад». Направление
реформ Петра Великого определилось в XVII в. «При первых трех государях новой династии
мы видим уже начало важнейших преобразований: является постоянное войско... видим
начатки кораблестроения; видим стремление установить нашу торговлю на новых началах;
иностранцам даются привилегии для учреждения фабрик, заводов; внешние сношения
начинают принимать другой характер»; громко высказывается необходимость просвещения,
заводятся училища; при дворе и в домах частных лиц являются новые обычаи; определяются
отношения церкви к государству. Преобразователь воспитывается уже в понятиях
преобразования... Так тесно связан в нашей истории XVII век с первою половиною XVIII,
разделять их нельзя». Преобразованиями Петра I открывался «новый» период истории
России. В самих начинаниях царя-преобразователя заключалась программа развития страны
на будущие времена. В освещении русской истории 1725-1740 гг. Соловьев исходил из
признания необратимости перемен, происшедших в жизни страны в первой четверти XVIII в.
       IV. С середины XVIII в. до реформ 60-х гг. XIX в. — новый период русской
истории.
       По замечанию В.Е. Иллерицкого, вся последующая история России рассматривалась
Соловьевым под углом зрения выполнения петровских предначертаний. Соловьев обратил
внимание на то, что дворцовые интриги, столкновения групповых интересов в правительстве
отрицательно сказывались на состоянии государственных дел. При ближайшем
рассмотрении действий Елизаветы Петровны Соловьев выявил ее следование не столько
духу, сколько букве законодательства Петра I. Подражательная зависимость Елизаветы
Петровны от установок отца лишала ее политику необходимого динамизма. Положительной
тенденцией стало смягчение нравов, «к человеку начинают относиться с большим
уважением и умственные интересы начинают находить более доступа в общество».
Вследствие этого появляются «начатки литературы и попытки обработать, облагозвучить
орудие выражения пробивающейся мысли — язык». Основным деянием дочери Петра
Великого Соловьев считал избавление страны от установившегося во времена Бирона «ига с
Запада, более тяжкого, чем прежнее иго с Востока». В результате «Россия пришла в себя. На
высших местах управления снова явились русские люди». Время царствования Елизаветы
Петровны и Екатерины II было дорого Соловьеву как период «переворота в нравственных
понятиях», смягчения нравов, развития наук, «известного торжества «духовного начала» над
материальной силой».

                                       О Петре I
      Этому понятию — «Великий человек», Соловьев придал методологическое значение:
«Думая о Петре, думая о том, за что называют его великим человеком, разумеется, русский
человек должен был думать и о том, что такое великий человек вообще». Соловьев
противопоставляет языческому представлению о великом человеке как сверхъестественном,
полубожественном существе, понятие христианское. Он считал, что великий человек может
проявить себя только в эпоху перехода от возраста юности к возрасту зрелости, когда народ
вступает на дорогу исторического движения. «Человека, начавшего это движение,
совершавшего его; человека, по имени которого знают его время потомки, такого человека
называют великим». Ему присуще осознание потребности времени, необходимости перемен,
«и силою своей воли, своей неутомимой деятельности» он увлекает тяжелое на подъем
большинство на новое и трудное дело. Великий человек, поскольку он именно человек, не

                                          166