Историография отечественной истории (IX - начало XX вв.). Сидоренко О.В. - 247 стр.

старых проблем, разработка новых крупных тем давали Платонову надежду на возможность
создания в недалеком будущем новой системы русского исторического процесса.
       Признавая большое влияние концепции историко-юридической школы на
формирование своего мировоззрения, Платонов тем не менее осознавал узость
«юридического» взгляда на русскую историю. Преимущественное внимание деятелей этого
направления к истории развития государственных форм в ущерб «экономическому и
культурному быту» он связывал с влиянием на них немецкой историографии и философии, в
частности с идеями Канта, который понимал историю «как путь человечества» к созданию
государственных форм. Платонов же был позитивистом и предпочитал исходить в своих
исследованиях не из отвлеченных идей, а из данных «опыта», т. е. анализа исторических
источников. «Позитивизм, мною рано усвоенный, — писал он, — освободил меня от тех
условностей и метафизики, которые владели умами историков — моих учителей (Соловьев,
Чичерин, Кавелин и др.), привил мне методы исследовательской ученой работы, далекие от
aприорных умозрений». Этим, вероятно, можно объяснить то «сильное и глубокое» влияние,
которое, по его словам, оказали на него работы В.О. Ключевского. Верный позитивистскому
принципу разыскания индивидуальных конкретных причинно-следственных связей в
истории и сочетания факторов (географического, экономического, социального и
политического), определяющих собой ход событий, Ключевский привлекал Платонова
«разносторонностью и широтой исторического понимания». Именно влиянием работ
Ключевского можно объяснить большой интерес Платонова к социально-экономическим
проблемам, который ярко проявился в его исследованиях о русской Смуте.
       И все же определяющее влияние на творчество Платонова оказывали идеи историко-
юридической школы. Это с особой силой проявилось в его «Лекциях по русской истории», в
основу которых он положил взгляды своих учителей на «органическое» развитие русской
истории, ведущую роль государства в этом процессе и знаменитую теорию Б.Н. Чичерина о
закрепощении и последующем раскрепощении государством сословий в России.
       Каждый народ в своем развитии, отмечал Платонов, движется от родового строя к
высшей форме — государству, проходя на этом пути несколько этапов. В русской истории
начальным этапом была Киевская Русь — слабое в политическом отношении
государственное образование, во главе которого стоял многочисленный княжеский род. Для
удельного периода XIII—XV вв. был характерен вотчинный тип власти, когда отдельный
князь, владея определенной территорией, признавал в силу этого и всех людей, живущих на
территории, подвластными себе. Создание объединенного государства при Иване III привело
к появлению вотчинно-государственного типа власти: продолжая смотреть на Московское
государство как на свою вотчину, русские государи уже ведут национальную политику и в
глазах народа постепенно становятся выразителями «народного единства и символом
национальной независимости». Окончание периода Смуты начала XVII в. открыло новую,
государственно-национальную эпоху в истории России.
       Вслед за историками государственной школы и В.О. Ключевским Платонов считал,
что отличительные черты истории каждого народа во многом предопределяются
природными и географическими условиями страны. Так, равнинная местность, открытость
Руси внешней агрессии обусловила военный характер Московского государства. «Еще в XIII
в., — писал Платонов, — создались те обстоятельства, которые направляли в течение многих
веков и внешние стремления русского племени и государства, и их внутреннюю
организацию». Немецкая и шведская угроза на Балтике, захват Литвою юго-западных
русских земель, золотоордынское иго, тяготевшее над северо-восточной Русью, привели к
тому, что «почти одновременно, с трех сторон, великорусское племя было окружено
врагами, действовавшими наступательно». Борьба за «историческое существование, за
целость племени и религии» продолжалась сотни лет вплоть до Петра I и закончилась уже
при Екатерине II достижением «полной безопасности и естественности границ».
       Военный характер сформировавшегося во второй половине XV в. национального
великорусского государства выразился в закрепощении государством сословий, каждое из

                                          247