История и политика. Тагиров И.Р. - 105 стр.

Однако совершенно ясно, что он имел в виду Маркса и Энгельса. «Наша
приверженность к сторонникам исторического материализма, – писал он, -
нисколько не обязывает нас соглашаться и считать чем-то священным,
бесспорным и нерушимым все то, что может быть провозглашено им,
преподнесено современными русскими или            вообще европейскими
монополистами на идею диалектического материализма». Нетрудно увидеть в
этих словах явный намек на Ленина и тех, кто считал себя ленинцем. О
собственном отношении Султангалиева к историческому и диалектическому
материализму, к учению Маркса и Ленина свидетельствуют его следующие
его слова: «Можно объявлять себя тысячу раз материалистом, марксистом,
коммунистом или, как в моде в России, ленинцем, кричать об этом на весь
мир, сколько лишь хватает сил и возможности, написать сотни и тысячи тем
по этому поводу, но в то же время не иметь не малейшей дозы истинного
материализма или коммунизма, ни крупицы подлинной революционности в
своих суждениях и выводах, не говоря уже о действиях». Он не преклонялся
ни перед западноевропейским пролетариатом, ни перед теми, кто определял
его как гегемона мировой революции. И вообще в своих теоретических
построениях опирался на мировое развитие в целом. Он говорил, что
«намеревался расширить эти тезисы по колониальному вопросу вообще,
положив в основу радикальной ревизии ленинской теории об империализме и
сталинского ее толкования»2.
    Еще при жизни Ленина Султангалиев пришел к убеждению, что мировой
революции не будет и вместо него произойдет мощное пробуждение
колониального Востока. Уже в 1919 году на страницах журнала «Жизнь
национальностей» он писал, что «ориентироваться в вопросе международной
социалистической революции исключительно лишь на Запад было
неправильно» и что процесс развития революции был «направлен по
неправильному пути» и потому ожидание революционной помощи с Запада
оказалось бесплодным. Он считал, что внимание, которое уделяли
руководители Октябрьской революции Западу, было с их стороны
проявлением односторонности. И было ошибочным то, что был «почти
совершенно забыт»      Восток «с его закабаленным западноевропейской
буржуазией полутора миллиардным населением».3 Не согласен был он и с
ленинским тезисом о непосредственном           переходе к социализму
колониальных и полуколониальных стран, минуя капиталистический этап
развития. «Я считал ошибочным, - писал он, - ленинский тезис о
непосредственном переходе к социализму отсталых в промышленном
1
  Мирсаид Султангалиев. Избранные труды. Казань, 1998. С. 525-526.
2
  Неизвестный Султангалиев. Рассекреченные документы и материалы. Казань, 2002. С. 545.
3
  Там же. С. 200-201.
                                                                                          105