Институциональная экономика. Кузьминов Я.И - 106 стр.

         В S&Ls (по крайней мере, до кризиса) находилось 2/3 сбережений населения США -
совершенно чудовищная цифра! Чтобы обеспечить некую стабильность и охранить интересы
вкладчиков, американское правительство в конце 70-ых гг. создает Federal Savings and Loan Insurance
Corporation (FSLIC), которая страховала депозиты, сначала меньшие или равные 40 тыс. $, а после
нефтяного кризиса, когда доллар обесценился, подняла предельную сумму страховки индивидуального
депозита до 100 тыс. $. Разумеется, клиент мог вложить в S&L и 200 тыс. $, однако в случае разорения
S&L, ему возвращали только 100 тыс. $. Надо заметить, что 100 тыс. $ для американца - примерно то же
самое, что 10 тыс. $ для россиянина. Эти 100 тыс. $ - всего лишь предельный уровень возможных
сбережений семьи чуть ниже среднего достатка. Но именно эта Система страхования депозитов и
привела к страшному краху S&Ls в начале 90-ых гг. Что же произошло в конце 80-ых - начале 90-ых гг.?
         Первоначально, в конце 70-ых - в первой половине 80-ых гг., средства S&Ls были вложены
очень консервативно - в residential mortgages (займы, которые даются владельцам собственных домов
под залог этих домов). Следует отметить, что возможен и commercial mortgage (займ, скажем, под залог
склада), но это вложение куда рискованнее, а residential mortgage - вложение самое стабильное, так как
люди держатся за свой дом до последнего. Более устойчивых вложений в мировой практике
заимствования нет. Оно гораздо устойчивей, чем, например, вложение в ценные бумаги правительства.
         Но в 80-ых гг. начался отток капиталов S&Ls из residential mortgages в два сектора:
         - corporate estate (займы, выдаваемые под залог корпоративной недвижимости);
         - junk bonds (кредиты под развитие коммерческих компаний).
         Junk bonds - наиболее рискованная и наиболее прибыльная (до 30 %, что для американцев –
фантастическая прибыль) форма вложений финансовых институтов в корпорации. Делается это так: по
определенному списку оцениваются наиболее перспективные, с точки зрения прибыли, корпорации, из
группы наиболее прибыльных корпораций составляется пакет, и в этот пакет делаются вложения.
Считается, что корпорации, которые вошли в пакет, будут взаимно страховать, взаимно уравновешивать
друг друга. Однако это происходит лишь на подъеме экономики, а в момент ее краха пакет может
рухнуть целиком.
         Постепенно где-то до трети (а это много!) cредств S&Ls перешло из residential mortgages в
corporate estate и junk bonds. И тут произошел кризис commercial real estate market, который потихоньку в
самом конце 80-ых гг. перерос в кризис уже и residential mortgages, ибо в это время какие-то сектора
экономики ослабевали, и люди в массовом порядке уезжали, продавая свои дома. В итоге, до 15 %
активов S&Ls было омертвлено в доставшихся им жилых домах и производственных площадях, которые
никому не были нужны (они оказались неликвидными). Понятно, что через 5-10 лет они опять стали бы
ликвидными, но в больших объемах S&Ls не могли их выдерживать. Тогда S&Ls снова бросились в junk
bonds – для них это была единственная возможность хоть как-то выправить ситуацию. Но тут как раз
возник кризис, произошла масса корпоративных дефолтов, и junk bonds тоже рухнули.
         Таким образом, в самом начале 90-ых гг. около 500 (т.е. примерно половина) S&Ls
обанкротились. FSLIC тоже оказалась несостоятельной – она не могла выплатить больше 30 % этих
потерь. В результате, долг был вынужден принять на себя федеральный бюджет США, и в течение 15
лет государству придется расплачиваться по нему с клиентами. Этот крах, о котором у нас в прессе


                                                                                                            106