Институциональная экономика. Кузьминов Я.И - 175 стр.

заставят выплатить деньги в казну, сумма выплаты будет смехотворной. Это - реальная проблема, и от
нее невозможно уйти.
            Кочеврин предлагает посмотреть, что в этой связи делается в Европе. В частности, он
указывает на немецкий закон, в соответствии с которым любое малое предприятие может являться (там
это мягче сформулировано) только предприятием с полной ответственностью, т.е. представлять собой
или partnership, или proprietorship. Он призывает к тому, чтобы в газетах публиковались все финансовые
отчеты предприятий малого и среднего бизнеса, чтобы эти предприятия несли полную ответственность
вплоть до описывания всего имущества. Лишь в этом случае - считает он – наш бизнес станет
основываться на некой морали. Он предлагает запретить все формы акционирования с ограниченной
ответственностью на уровне ниже 100 тыс. $.
            Однако в наших условиях это приведет к следующему. Заставив людей, имеющих устойчивый
бизнес, зарегистрироваться в качестве индивидуальных предпринимателей или товариществ с полной
ответственностью, отвечающих своим имуществом, мы таким образом пресечем каналы их ухода от
налогообложения, хотя оффшорные каналы все равно останутся (целиком их пресечь невозможно).
Кроме того, масса беззащитных пожилых людей при характерной для нас зыбкой правовой среде
неожиданно окажутся владельцами, индивидуальными и частными, довольно крупных компаний,
которые опять же будут разоряться. Но что с него, старика, да еще и пьяного, возьмешь?! Его можно
лишь       наказать,    поместив   в   пенитенциарное   заведение.    Думаю,   без   усложнения   процесса
регистрирования фирм и соответствующего контроля за этим процессом мы ничего не добьемся.
            Кстати, в России понятие «ограниченная ответственность» появилось только в конце XIX в. А
до этого купец отвечал всем своим имуществом. Причем вход в купеческое сословие с его первой,
второй и третьей гильдиями (в зависимости от уровня уставного капитала) был очень затруднен.
Купеческое дело было наследственным. В таких условиях потеря имени действительно оказывалась
страшнее, чем потеря имущества. Человек терял имя и вместе с ним терял все.
            В нашей экономике оптимальной нишей для ИЧП является сфера услуг. Чаще всего это именно
семейный бизнес, зарегистрированный на главу семьи, а не частный, вырванный из семьи. Дело в том,
что    у    нас   нет    разделенной   семейной   собственности.     Поэтому   становясь   индивидуальным
предпринимателем с полной ответственностью, вы автоматически делаете ответственной за свою
предпринимательскую деятельность всю вашу семью, если только до этого вы не разделили с ней
имущества. Подчеркнем, что семейный бизнес эффективен, когда он наследуется, а иначе это просто
некая форма ухода от определенных обстоятельств, свойственная не только России.
            Если говорить в терминах издержек, то для данного типа предприятия агентские издержки
очень низки, а издержки внешнего контроля и внешнего финансирования очень сильно возрастают.
            А может ли быть ИЧП в крупном бизнесе? Например, тот же П.Гейтс основал компанию,
которая находится в полном его владении, и годовой оборот которой составляет несколько миллиардов
долларов. В этом случае факторы диверсификации не работают, потому что очень богатый человек в
состоянии учредить несколько бизнесов, принадлежащих лично ему. Но стоит ли это делать?
            Во-первых, организуя бизнес на основе ИЧП, мы автоматически ставим себя в невыгодное
положение, с точки зрения его расширения, ибо в этом случае мы можем привлечь только свой


                                                                                                             175