Смысл художественного текста. Словесный образ как актуализатор смысла. Солодилова И.А. - 86 стр.

содержащихся        в     нём      образов.     Экспрессивность       объясняется
непосредственной принадлежностью образов самому герою, как рожденных
в его, а не в авторском воображении, иными словами не авторской
перспективой рассмотрения, а перспективой героя, что является
закономерным для обоих романов Роберта Музиля.
(36) (a)"In dem (a) gefrorenen, versteinten Körper der Stadt fühlte er
       ganz zu innerst sein Herz schlagen. Da war etwas in ihm, das hatte
       nirgends bleiben wollen, hatte sich die Wände der Welt entlang gefühlt
       und gedacht, (b) es gibt ja noch Millionen anderer Wände; (с) dieser
       langsam erkaltende, lächerliche Tropfen Ich, der sein Feuer, den winzigen
       Glutkern nicht abgeben wollte" (S.153)
      Метафора (а) в первом предложении является, как уже указывалось,
лейтмотивной в изображении внешнего мира людей и вещей, характеризуя
его как лишенный настоящего чувства (фр-т (11), стр. 93), а также
способности и возможности дальнейшего развития (фр-т (12), стр. 94, (35),
стр. 133). Этому противостоит идея "иной возможности" (‘andere
Möglichkeit’), иного устройства, "иного состояния" (‘anderer Zustand’),
выраженная в данном фрагменте с помощью метонимии (b), где
словосочетание ‘andere(r) Wände’ представляет собой метонимический образ
иного устройства мира.
      Особое значение имеет последний метафоро-метономический образ (с),
отличающийся особой смысловой ёмкостью. Здесь на гиперболу
(преуменьшение - ‘dieser Tropfen Ich’- есть выражение ощущения себя в
окружающем мире) накладываются как метафорические, выраженные
отдельной лексемой (‘erkaltend’), и придаточным определительным ("der sein
Feuer, den winzigen ...", так и метонимические (‘lächerlich’) определения.
Последнее есть выражение ироничного отношения героя к жизни и людям
(метонимия здесь основана на смежности (замещении) внутреннего
(отношение) и внешнего (реакция)), обусловившего его дистанцированность
и незатронутость происходящим (ср. со смыслом первого придаточного в пр-
ре (34), стр. 133: "... nur gespielt zu haben glaubte"). Эта дистанцированность
отчетливо проявляется в первом предложении данного (36) отрывка, где
существительное ‘Herz’ представляет собой метонимический (отношения
части - целого) образ всего живого в Ульрихе - его духа. Ищущий дух
Ульриха противопоставляется закостенелому миру с помощью двух
односмысловых метафор - ‘sein Feuer’ и ‘der winzige Glutkern’, "огненная"
семантика которых соотносит их с метафорическими образами,
характеризующими внутренний мир Тёрлеса (см. (30) - (а), (с) - стр. 127).
      Образы огня в характеристиках главных героев обоих романов
выражают активное, творческое начало, не дающее им покоя и побуждающее
к бесконечным поискам истины. Это доказывает использование
тождественных или синонимичных образов при описании ощущений,
испытываемых героями в момент познания истины:
(37) "Er  machte einige Male Versuche, in seinen Aufzeichnungen
       fortzufahren, allein die geschriebenen Worte bleiben tot, <...>, ohne dass

                                                                               86