Смысл художественного текста. Словесный образ как актуализатор смысла. Солодилова И.А. - 96 стр.

UptoLike

Составители: 

96
имплицируют друг друга как причина (е) и следствие (а) (т.е. находятся в
метонимических отношениях), объясняя одиночество Тёрлеса молчаливым
равнодушием таинственного для него мира вещей. Это тот "динамический
"
смысл, который рождается при взаимодействии образов, имеющим форму,
как правило, метонимических отношений.
Лексический повтор, определяющий взаимодействие отдельных тропов
в данном фрагменте, выполняет смыслообразующую функцию. Так,
буквальный и варьированный повтор лексемы ‘schweigen’ в метафорах (b) и
(d), употребленных по отношению к каждому из характеризуемых в этих
метафорах неодушевленных объектов (‘der Himmel’, ‘die Mauer’),
обуславливает и их смысловой параллелизм. По мнению Э.Лейзи, в этом
случае можно говорить о "косвенной метафоре
" ("von einer indirekten
Metapher"), т.к. молчать может собственно только тот, кто умеет говорить,
т.е. человек. (Leisi E.1961, S.70) Так как факт "неговорения" присутствует, то
соответствующие выражения (‘der Himmel schwieg’, ‘sie <die Mauer> schien
<...> ihn schweigend anzusehen’) являются косвенно-метафорическими. (ср.
также в "Тёрлесе": "Dieses plötzliche Schweigen, das wie eine Sprache ist, die
wir nicht hören" (S.24)).
Словосочетания ‘diese(s) unbewegte(n), stimme(n) Gewölbe’, ‘diese(r)
riesige(n), durchsichtige(n) Leiche’, являясь метафорическим обозначением
неба, перефразируют cмысл глагольной метафоры ‘der Himmel schwieg’
:
качество, характеризующее объект и эксплицированное в предикате
(schwieg), выражено в первом словосочетании метафорическим эпитетом
‘stumm’, а во втором - имплицировано - существительным ‘die Leiche’,
имеющем в своем семном составе признак, который можно было бы
обозначить как "недоступность для установления контакта".
Таким образом, все описанные тропы активизируют в сознании
читателя такие характеристики, как нежелание вступать в контакт,
таинственность, непостижимость для человеческого сознания. В то же время
процесс одушевления свидельствует о сближении между Тёрлесом и
волнующим его миром неживой природы.
На процесс метафоризации накладывается метонимия (синекдоха):
небо (‘der Himmel’) как часть представляет собой весь непонятный Тёрлесу
мир. Последняя в данном фрагменте метафора (j) - через метафорический
эпитет (‘eine(r) schweigende
(n) Welt’) эксплицирует эти отношения.
Метафорическое сравнение ‘wie ein kleines lebendiges Pünktchen’
противопоставляет Тёрлеса окружающему миру - небу. Противопоставление
основано на преуменьшении-преувеличении (гипербола) и лексически
выражено с помощью антонимической пары ‘klein’ - ‘riesig’ (дополненной
уменьшительным ‘ein Pünktchen’), а также противопоставлением слов
‘lebendig’ - ‘Leiche’, как имеющих антонимические семы ("живой" -
"неживой").
Возвращаясь к метафоре (d), следует отметить усиление напряжения,
что связано в данном случае с одушевлением конкретного
предмета в
восприятии Тёрлеса. Одушевление выражено сначала опосредовано - через
имплицируют друг друга как причина (е) и следствие (а) (т.е. находятся в
метонимических отношениях), объясняя одиночество Тёрлеса молчаливым
равнодушием таинственного для него мира вещей. Это тот "динамический"
смысл, который рождается при взаимодействии образов, имеющим форму,
как правило, метонимических отношений.
       Лексический повтор, определяющий взаимодействие отдельных тропов
в данном фрагменте, выполняет смыслообразующую функцию. Так,
буквальный и варьированный повтор лексемы ‘schweigen’ в метафорах (b) и
(d), употребленных по отношению к каждому из характеризуемых в этих
метафорах неодушевленных объектов (‘der Himmel’, ‘die Mauer’),
обуславливает и их смысловой параллелизм. По мнению Э.Лейзи, в этом
случае можно говорить о "косвенной метафоре" ("von einer indirekten
Metapher"), т.к. молчать может собственно только тот, кто умеет говорить,
т.е. человек. (Leisi E.1961, S.70) Так как факт "неговорения" присутствует, то
соответствующие выражения (‘der Himmel schwieg’, ‘sie  schien
<...> ihn schweigend anzusehen’) являются косвенно-метафорическими. (ср.
также в "Тёрлесе": "Dieses plötzliche Schweigen, das wie eine Sprache ist, die
wir nicht hören" (S.24)).
       Словосочетания ‘diese(s) unbewegte(n), stimme(n) Gewölbe’, ‘diese(r)
riesige(n), durchsichtige(n) Leiche’, являясь метафорическим обозначением
неба, перефразируют cмысл глагольной метафоры ‘der Himmel schwieg’:
качество, характеризующее объект и эксплицированное в предикате
(schwieg), выражено в первом словосочетании метафорическим эпитетом
‘stumm’, а во втором - имплицировано - существительным ‘die Leiche’,
имеющем в своем семном составе признак, который можно было бы
обозначить как "недоступность для установления контакта".
       Таким образом, все описанные тропы активизируют в сознании
читателя такие характеристики, как нежелание вступать в контакт,
таинственность, непостижимость для человеческого сознания. В то же время
процесс одушевления свидельствует о сближении между Тёрлесом и
волнующим его миром неживой природы.
       На процесс метафоризации накладывается метонимия (синекдоха):
небо (‘der Himmel’) как часть представляет собой весь непонятный Тёрлесу
мир. Последняя в данном фрагменте метафора (j) - через метафорический
эпитет (‘eine(r) schweigende(n) Welt’) эксплицирует эти отношения.
       Метафорическое сравнение ‘wie ein kleines lebendiges Pünktchen’
противопоставляет Тёрлеса окружающему миру - небу. Противопоставление
основано на преуменьшении-преувеличении (гипербола) и лексически
выражено с помощью антонимической пары ‘klein’ - ‘riesig’ (дополненной
уменьшительным ‘ein Pünktchen’), а также противопоставлением слов
‘lebendig’ - ‘Leiche’, как имеющих антонимические семы ("живой" -
"неживой").
       Возвращаясь к метафоре (d), следует отметить усиление напряжения,
что связано в данном случае с одушевлением конкретного предмета в
восприятии Тёрлеса. Одушевление выражено сначала опосредовано - через

                                                                            96